Книга Принцесса для врага, страница 51 – Елена Ха

— Правильно! Бросить вызов и победить в честном бою. Но они-то плели интриги и били исподтишка! Это низко. Ее нужно судить! — взывала я к горенцам, но те продолжали хранить напряженное молчание.

— Меня будет судить повелитель. Осталось определить, кто им будет, — почувствовав поддержку толпы, снова кинулась в атаку Светлолика, — Так есть желающие бросить вызов Харну?

Я с ужасом осмотрелась. Большинство, потупив глаза, сутулили плечи, пытаясь стать незаметнее. Но вот в круг шагнул здоровенный блондин с косматой бородой и зычно гаркнул:

— Я бросаю вызов Харну!

У меня сердце упало в пятки. Серый кот еще сидел, но я видела по его затуманенным глазам, что он уже не в себе.

— Нет! — завопила я, — Это не честно! Харн ранен. Он только что победил. Дайте ему день на восстановление!

— В этом и смысл, принцесса, — презрительно кривя губы объяснила мне Светлолика, — Он должен доказывать здесь и сейчас свою силу, пока есть желающие ее проверить, — и, подмигнув, она обратилась к могучему блондину, — Молодец, отец, я знала, что амбициозность досталась мне от тебя.

Горенец оскалился, и я с ужасом увидела, как его зубы превращаются в огромные клыки, человеческая голова преображается в хищную рысью морду, а на руках появляются когти.

«Неужели это конец?» — испуганно подумала я, присматриваясь, у кого из толпы проще выхватить меч, чтобы встать на защиту мужа.

Неожиданно со стороны центральной дороги раздался громкий окрик, в котором отчетливо слышалась угроза:

— Сегодня я буду биться за повелителя Харна. Я принимаю твой вызов, Сауск.

Толпа дружно вздрогнула, а рядом со мной и Харном в круг прыгнул огромный косматый лев. Я видела его из окна, но стоять рядом и чувствовать, как сотрясается воздух от его дыхания, было жутко. В моей душе расцвела благодарность к генералу.

Отец Светлолики в мгновение ока принял человеческий облик и низко склонился перед грозным хищником, бормоча себе под нос:

— Я признаю власть повелителя Харна…

Его дочь, сердито поджав губы, стояла и с презрением взирала на своего мудрого родителя, но молчала под тяжелым взглядом льва.

— Есть еще сомневающиеся? — спросила я, внимательно осмотрев толпу, народ обменялся взглядами и начал расходиться. Я повернулась к коту как раз вовремя, успела увидеть, как он заваливается набок. Бережно взяв на руки мужа, я бросилась в терем. На пороге меня встретил мальчишка-слуга.

— У вас есть лекари? — строго спросила я не останавливаясь.

— Только Зура… — огорчил меня парнишка.

— Она не поможет Харну, — вздохнула я, вбегая в спальню. Положила кота прямо на кровать и растерянно спросила, — А в каком вашем состоянии регенерация проходит лучше?

— В животном, — откликнулся молодой оборотень.

— Тогда принеси теплую воду и бинты. Понял?

Мальчишка кивнул и убежал. Я скинула шубу и присела на колени у кровати. Харн дышал тяжело. Его серые перемазанные кровью бока вздымались и опускались под аккомпанемент булькающих хрипов. Я повторяла себе, что должна быть сильной, но слезы текли рекой, и я взмолилась:

— Богиня, он спас меня! Прошу, спаси его. Без него горенцы не смогут измениться. Этот народ будет обречен. И мне как жить без Харна? Я люблю его… очень люблю.

Мое сердце ныло в груди, обжигая внутренности, мешая дышать. Осторожно погладила лобик коту, мне так хотелось вновь увидеть лицо моего мужчины, но я понимала, что у него сейчас нет сил на оборот. Все, что я могла: молиться, ждать и верить в мужа.