Книга Принцесса для врага, страница 23 – Елена Ха

— Ты, правда, считаешь меня красивой?

— Правда, тебя не портит даже опухший красный нос, — пошутил муж. Или не пошутил? Он же не может видеть в темноте, что мой нос покраснел и опух? Я-то знала, что так оно и есть. Видела себя и не раз после слез из-за очередной ссоры с братом или внезапных заморозков, погубивших мои лучшие цветы… Чем я буду заниматься в холодной Горении, я ведь любила свой сад…

Мои мысли как бешеные кони разбегались в разные стороны, так и норовя уронить друг друга. А Харн продолжал спокойно обнимать меня и поглаживать по спине. Я его уже не боялась, и меня сморил сон, видимо, сказался тяжелый день. Незаметно я задремала. Проснулась от странного тарахтения, приоткрыла глаз, и тут же от удивления — второй. Рядом со мной на подушке дрых серый кот.

«Как он здесь оказался? Неужели бежал за мной?» — удивилась я, но сон взял верх над мыслью, и я снова погрузилась в царство грез, предварительно обняв теплый кошачий бочок.

Мне приснилась Богиня. Она не представилась, но я точно знала, кто передо мной. Ее пышные волосы переливались красками от пшенично-теплого до холодно-фиолетового, а за спиной трепетали белоснежные крылья. Она улыбалась. Мне стало любопытно, что она хочет, она же уже второй раз мне снится, неспроста же…

«Богиня, чем я могу служить тебе?» — обратилась я к ней.

Она лишь прижала руки к сердцу…

Утром я снова проснулась одна в постели. Ни кота, ни мужа. Сладко потянувшись, я поняла, что мы так и не консумировали брак.

«Харн наверно испугался моей истерики. Все-таки самое страшное оружие против мужчины — это женские слезы!» — вставая с мягких шкур, решила я и поторопилась натянуть на себя рубашку. В углу палатки обнаружилось ведро с водой. С удовольствием освежилась, оделась и была тут же водружена на коня.

— Мы выдвигаемся. Оставим пятерых собирать лагерь. Любые промедления ни к чему, — пояснил мне муж, крепко прижимая к себе, и с легкой иронией уточнил, — Выспалась?

— Да, спасибо, — ответила искренне. Я была ему благодарна. Он не рассердился, не стал доводить дело до конца, а ведь был очень близок к цели. Вместе с благодарностью во мне проснулось и доверие к мужу. Именно поэтому ехала я в седле расслабленно, не стесняясь время от времени опираться спиной на Харна, чтобы дать ей немного отдохнуть.

К обеду мы въехали в лес, что начинался у подножья гор. Деревья здесь подступали вплотную к дороге, но она была широкой, поэтому не было давящего ощущения, скорее кроны создавали зеленый уютный полог из листвы и веток для путников.

Стоило нам оказаться в лесу, мужчины напряглись. Они и раньше не были разговорчивы, но теперь над нашей процессией повисла зловещая тишина. Их руки постоянно сжимали рукояти мечей, а глаза внимательно изучали окружающее пространство. Харн больше не пытался якобы случайно прижаться ко мне или погладить. Его руки уверенно сжимали поводья лошади.

Я заметила странное поведение горенцев, но меня так увлекла красота леса, пробивающиеся из почек едва заметные салатовые листочки, солнечные лучи, образующие причудливые узоры из тени веток, голосистый щебет птиц, за всем этим было так интересно наблюдать, что я пропустила тот момент, когда появились они!..

Я услышала женский «Ах!», он был таким дружным, будто это не семьдесят женщин сказали, а один великан. Тут же раздался истошный крик, лязг меча, и мой муж молниеносно выхватил свой из ножен. Я посмотрела удивленно на женщин. Они замерли с ужасом в широко распахнутых глазах. Где-то в середине колонны стоял горенец с мечом и осматривался.