Книга Воротиться нельзя влюбиться!, страница 95 – Ульяна Муратова

— Помнишь, что именно?

— Ну, вроде да… Положила родиолу розовую, аралию, вереск, розмарин, дягиль и левзею. А, ещё добавила уголь, палёные волосы Соловья-разбойника, мышиный помёт и молочай.

Князь поперхнулся.

— А что? — нахмурилась я.

— А молочай не Палласа часом? Который в народе ещё мужик-корнем называют?

— Может, и его, — ответила я, смутно припоминая, что на банке была буква П рядом с названием, но я на неё даже не обратила внимания. — Так что за зелье?

— Видать, действенное. Все ингредиенты — для усиления мужской потенции. Хотя насчёт мышиного помёта и волос не скажу, но перечисленные тобой травы — точно для этого.

— Правда, что ли? А я ещё ему постельный режим и гробовое молчание на неделю назначила…

— То-то молодая жена, наверное, обрадовалась, — рассмеялся Влад. — Муж лежит, молчит и с готовностью торчит.

— Да ну тебя, — смутившись, рассмеялась я в ответ.

И вроде момент был до крайности неподходящий для веселья, а всё равно хотелось улыбаться.

— Буду знать, на какие чудеса способна моя невеста, — сказал Влад, открывая передо мной дверь.

От его слов я даже запнулась о порог и чуть не полетела в терем носом вперёд.

— Ты чего? — удивился князь, ловя меня на лету.

— Удивилась, что ты меня невестой назвал, — призналась я.

— А как ещё тебя называть? Замуж же согласилась за меня идти?

— Ну как-то ты вскользь предложил…

— Хорошо, — кивнул вдруг Влад и очень серьёзно спросил: — Согласна ли ты выйти за меня замуж, вместе встречать радости и невзгоды, растить детей и прожить жизнь в любви и мире?

— Согласна, — завороженно ответила я, хотя насчёт мира были у меня некоторые сомнения.

Влад поцеловал меня в губы и отпер дверь в свои покои.

— Вот теперь точно невеста.

Взяв зеркальце, он огляделся, снял со стены ещё один рог, уже поменьше, прихватил небольшую шкатулку с полки и посмотрел на меня.

— Я готов, а ты?

А я ещё в туалет сходила на дорожку, надела поданную князем шубу и захватила из кухни перекус на двоих. Война войной, а обед по расписанию. Во дворе уже бил копытом раздухарившийся Раджа. Рядом с ним пританцовывала от нетерпения вороная кобылица, тоже уже осёдланная. Влад помог мне взобраться на неё.

На Раджу усадили деловитую домовушку лет сорока пяти на вид, округлую и ладную. По взглядам деда Постеня стало понятно, что это и есть та самая Марфа. В руках у неё был здоровенный мешок с игрушками, ещё один такой же держал наш домовой, которого князь усадил следом.

— Ну, в путь! — скомандовал Влад, забравшись в седло позади меня, и лошади вдруг рванули с места так рьяно, что Марфа ойкнула и вцепилась в домового, отчего тот довольно улыбнулся.

Прошлый раз путь до Буяна казался мне бесконечно долгим, но сейчас со мной рядом сидел князь. Стоило нам взмыть в высь, как вороная обогнала Раджу и чёрной стрелой полетела сквозь ночную тьму.

— Как быстро!

— Это ночная кобылица. По ночам им нет равных.

Я прижалась спиной к Владу и набрала полную грудь ледяного весеннего воздуха.

— Что будешь загадывать?

— Чтобы открылись каналы между мирами, исполнилось пророчество, но ты при этом не пострадала, — ответил князь.

— Не слишком много для одного зеркальца?

— Нет, вполне. Оно всё связано, Марусь. Ты попала в Явомирье неслучайно. Я успел перекинуться с Дедом Морозом парой слов в прошлом месяце, так он сказал, что чудо случилось само. Он лишь немного помог ему. Хотел одарить грустную девушку, сунул руку в мешок, а там — зеркальце, которого у него отродясь не было. Разве не чудо? Чудо.