Книга Ты мне очень нравишься. Но..., страница 120 – Вера Ковальчук

Вот уж это точно лишнее. Как-то не хочется.

Лара постаралась закрыться. Но даже зная о магии, по сути, лишь то, что она существует, молодая женщина догадывалась: даже если сможет защищаться, то уж на круглосуточную оборону её определённо не хватит. Должна ж она хоть иногда спать, расслабляться мыслями, да и забыться можно в любой момент!

И как поступить?

А в следующий раз ей приснилось странное дерево — похожее на гигантский, очень старый явор, кора которого густо шелушилась, а крона поражала переливчатым серебряным блеском. Да-да, листва этого дерева была серебряной, прямо как в сказке, при этом листки выглядели совершенно живыми. Уж точно не вычеканенными из металла. Они дрожали под лёгким ветерком, следовали за своими ветками в том извечном полёте, который больше всего похож на движения качелей, роняли вниз капли росы и играли в лучах солнца. Отражение светила обитало и в самой кроне — то ли отблеск, то ли подлинное воплощение собственной силы этого чудного творения природы.

Может быть, этот свет и насыщал листву настолько густо, что она буквально сияла, переливалась оттенками серебра и сверкала в чистых гранях каждого ювелирно совершенного листка. А ещё Лара заметила у корней дерева красивую умиротворённую девушку с густой рыжей шевелюрой, в длинном свободном платье, больше напоминающем балахон. Она, запрокинув голову, любовалась чудесной кроной и мечтательно улыбалась каким-то собственным мыслям.

Почему-то это показалось Ларе добрым знаком.

А проснувшись, вдруг (непонятно, к чему была эта мысль) осознала, что действительно стала частью окружающего мира в той же мере, в какой была частью того, который её породил. Влилась в него, вдышалась, освоилась, и то, проникнется ли она каждым тоном его существования, зависит только от неё. В том числе и в вопросах бытования магии внутри неё и вокруг. Оказывается, её просто надо было ощутить по-настоящему, как воздух, как чистую воду, которую черпаешь ладонью из родника, и принять её.

Вот теперь она готова полностью подчиниться её нуждам. Да, Лара пока не владела всеми возможностями, дарованными ей новым миром, но уже сейчас она могла и полюбопытствовать состоянием тела своей пациентки, и укрыть себя от чужого любопытствующего взгляда. Причём на постоянной основе.

Сделала это — и вздохнула с облегчением. Словно немыслимый груз со спины упал. Она была свободна и могла потихоньку жить в маленьком городке, присматриваясь к окружающему миру, оценивая его и себя в нём, продумывая будущее. Не боясь за себя каждодневно и ежеминутно.

Вот и можно было полностью посвятить себя выхаживанию четырёх крошек. Для них нашли сразу двух крепеньких молодых кормилиц, но и настояниям Лары, чтоб их мать тоже продолжала кормить грудью, уступили. Детки крепли медленно, но крепли, и с их проблемами удавалось справляться. Правда, это стоило Ларе серьёзных усилий — то экономка, то кухарка жаждали напоить малышей отварами полезных травок, сделать им припарки, сунуть в рот кусочек сахара или что-нибудь ещё придумать. Воевать приходилось насмерть, и благо, что сама хозяйка дома и молодая мать свято уверовала в знания и умения своей повитухи и всегда держала её сторону. Мол, если та говорит, что надо, значит, надо. А ежли говорит не надо, значит, не надо.