Книга В объятиях смерти. Не буду твоей, страница 240 – Кира Лин

— Боюсь, мне придётся порушить твои планы, — голос мой прозвучал сипло, но ровно.

Сила, расплескавшаяся вокруг меня, порывами ветра жгла Алекса. Он противостоял, но всё равно пятился под её давлением.

Она сдвигала его с места, хлеща и полосуя до крови. Ткань на пиджаке треснула, появились разрывы. На рубашке расцветали кровавые пятна.

Кожа на ладони, что он выставил, закрываясь, лопнула, потекла кровь. А я шла очень медленно, ощущая со всех сторон силу, грозящую удушить.

Двигалась сквозь её слои и смотрела в упор на Алекса, словно через мутное стекло. И в отражении его глаз, как в чёрных зеркалах, видела своё лицо.

У меня зрачки светились багрянцем, кожа побелела, превратилась в сияющий мрамор. Я была ослаблена, в голове шумело, но магия пылала изнутри и вела меня к цели.

— Ты не можешь быть настолько сильной! — сквозь боль и свист ветра закричал он. — Это невозможно!

— Думаешь, только свежая кровь даёт мощь? Или власть над кем-то? Нет, Алекс. Можно и за тысячу лет не набрать силу, выпить всю кровь мира, но не обрести способностей. Она либо заложена в тебе, либо нет.

— Тебе достались хорошие гены.

Я остановилась, не дойдя до него всего лишь пару метров. И пожала плечами.

— Не то, чтобы я недовольна, но происхождение этой силы для меня не имеет значения. И вряд ли она — твоя заслуга.

Я улыбнулась ему, стараясь не отводить взгляд. Лицо Алекса вытянулось, огонь в глазах погас. В них отчётливо отразился страх, непонимание.

Вероятно, он что-то почувствовал, но было уже слишком поздно. У него за спиной появился Райан, мелькнул к пистолету на полу и толкнул его ко мне ногой.

Пушка скользнула мимо Алекса, он невольно проследил за движением. А когда снова поднял глаза — дуло уже смотрело на него.

Алекс уставился на пистолет в моей руке, губы его дрогнули. Он оскалился, но не сумел скрыть ужаса.

— Пистолет? Серьёзно? Ты меня просто пристрелишь? — в его голосе прозвучала нотка удивления.

— Пуля куда быстрее и надёжнее магии, Алекс. А я смертельно устала и хочу домой. Извини, что разочаровала.

И нажала на спусковой крючок.

Момент, когда пуля врезалась в его тело, пробила сердце насквозь, и кровь брызнула, застыл перед глазами, как в замедленной съёмке.

Алекс стал падать назад, но я выстрелила снова — на этот раз в голову. И тело его свалилось бездыханной грудой.

Повисла тишина, я ничего не слышала, кроме собственного пульса и срывающегося дыхания. Не веря в то, что Алекса больше нет, разрядила в него обойму.

Никто не шелохнулся, не попытался меня остановить. Защёлкал пустой барабан, я вздрогнула и заморгала, глубоко вдохнув.

И вдруг грудь сдавило обручем со страшной болью. Я ловила ртом воздух и падала, падала в темноту. А потом она сомкнулась надо мной, и всё исчезло.

Очнулась я на руках у Стюарта. Он нёс меня к дверям зала, стены раскачивались в такт его движению.

Свинцовый шар перекатывался в голове, отдаваясь в затылке тупой болью. Что-то капало мне на лицо, тёплое, почти горячее.

Я подняла непослушную руку и коснулась лба, а когда отняла пальцы, они оказались в крови. Разве рана не должна была затянуться?

Или это новая?

В попытке оглядеться, я запрокинула тяжёлую голову и уронила её обратно. Перед глазами плыло, во рту стоял сладкий медный вкус, но я сощурила глаза, силясь сфокусировать взгляд на чертах склонившегося надо мной Стюарта.