Книга В объятиях смерти. Не буду твоей, страница 212 – Кира Лин

Оставалось надеяться, что это не значительно приблизит меня к смерти. Улыбнувшись, я потёрлась щекой о кандалы, стирая струйку крови.

Алекс рассёк рукой воздух, затрещала ткань. Я опустила глаза и увидела порез на майке и то, как кровь хлынула из появившейся раны.

Взглянула исподлобья на Алекса, но он повторил фокус — на этот раз порез появился над грудью. Я поперхнулась вдохом, боль оказалась резкой и жгучей, но быстро утихла.

— Впечатляет. Как же тебе удалось набрать такую силу, Алекс?

— Ты знала, что мастер питается через своих слуг? Знала ли, что чем больше он сотворил, тем сильнее становится? Они пьют кровь и кормят меня, — он прошёлся, держа за руку Мари-Белль. Она семенила за ним, не спуская с меня ледяных глаз. Остановился и обвёл задумчивым взглядом свою армию. — Каждый из них жертвует мне частичку своей силы….

— Хватит трепать, — перебила я. — Ты кровью заливаешься по самую глотку. Человеческой кровью. Между прочим, это тоже нарушение закона совета. Я могу подвинуться, как считаешь?

Внезапно Алекс рассмеялся, пятясь от меня. Его подружка… воззрилась на него? Другого слова не подберу. И, приложив ладони к груди, застыла, бледнея на глазах.

Воздух в зале загустел, накалился. Я вздрогнула и задержала дыхание, не понимая, как следует реагировать. Близость с Мари-Белль отразилась на его душевном здоровье?

А смех Алекса всё нарастал, становился громче и громче, как сползающая с гор снежная лавина. А потом рассыпался, и в помещении повисла звенящая тишина, от которой уши заложило.

— Джозеф, позови Антонио, — приказным тоном распорядился Алекс.

Начальник охраны не сдвинулся с места, не дрогнул ни единым мускулом.

— Я сказал, вызови Антонио! — чеканя слова, повторил Алекс, разворачиваясь к нему лицом.

Джозеф медленно вскинул голову и посмотрел на него, как на назойливую муху — чуть нахмурившись, но без интереса.

— Он тебе не подчиняется, — холодно бросила я.

— Вот как? — процедил Алекс и глянул на меня через плечо. — Тогда ты его позовешь.

— Что? — прошептала я.

Кажется, сердце у меня в пятки ухнуло и перестало биться. Что этот ублюдок задумал?

Но Алекс не ответил. Он растворился в воздухе и появился за спиной у Адама — как по волшебству. Тот поймал мой испуганный взгляд и только тогда почувствовал.

Я подалась вперёд, натянув цепи. Кандалы больно врезались в запястья, но я не обратила внимания. Рука Алекса сомкнулась на горле моего друга и… начала изменяться.

Кожа утончилась и посерела, пальцы вытянулись, проступили тонкие кости, похожие на сухие и кривые палки.

Глаза Адама полезли на лоб, руки потянулись к лапе Алекса, но тот сдавил его шею. Парень издал звук, сродни с шипением, кожа на его лице быстро побагровела.

Другой рукой Алекс погладил его по щеке и занёс её над лбом. Длинный изогнутый коготь прочертил на тонкой коже борозду, из которой проступила кровь.

Я дёрнулась в кандалах, беспомощно забилась, насылая на Алекса проклятия. Но он только улыбнулся клыкастой пастью.

И движением, за которым невозможно уследить глазами, отвёл голову Адама в сторону и склонился, будто… собираясь пить его кровь.

Губы сморщились, изогнулись, обнажая острые клыки. Поглядев на меня исподлобья, он прорычал:

— Зови Антонио, или я разорву ему горло!