Книга В объятиях смерти. Не буду твоей, страница 130 – Кира Лин

Красноглазые птицы кружили над нами, так быстро, что в глазах зарябило, и было трудно сосредоточиться. Одна птица отделилась от стаи и бросилась ко мне.

Чёрная вспышка — и передо мной возникла уродливая морда. Она напоминала человеческое лицо, но в мелких чёрных перьях и с клювом вместо носа и рта.

На голове был пушок, а тело обтекали гладкие перья, кожи под ними не было видно.

Я переложила нож в одну руку, размахнулась и со свистом разрубила воздух в том месте, где только что была тварь. Вспышка, и она исчезла со звуком, похожим на шелест птичьих крыльев. Переместилась чуть правее.

Я замахнулась вновь, но гораздо быстрее. Казалось, я повидала в жизни достаточно, и удивить меня довольно-таки сложно. Что ж, Селене удалось доказать, что в мире ещё хватает чудес, достойных моего пристального внимания.

Например, этот ворон-оборотень. Более мерзкого существа я не встречала.

На этот раз оборотень не успел увернуться, и лезвие рассекло ему горло. Повисшая на позвоночнике голова издала звук, похожий на всхлип.

Но из раны не хлынула кровь — тело рассыпалось ворохом перьев, а на его месте тут же вспыхнул следующий ворон. От неожиданности я вскрикнула.

Большие глаза пылали во тьме алым огнем. Тварь разинула клюв и откинулась для удара. Но я ударила первой, держа нож обеими руками, будто меч.

Лезвие входило в призрачную плоть, как в тёплое сливочное масло. Оборотень свалился, разрубленный пополам, рассыпался перьями и исчез, чтобы снова появиться у меня за спиной.

Я обернулась на миг позже, чем Джозеф выкинул руку вперёд в том месте, где появилась тварь. Нож вошёл ей в глотку, но крови всё равно не было.

Оборотень исчез и больше не появился. У них по три жизни. Ну, просто очаровательно!

— Кира! — Джозеф глядел мне за спину глазами, светящимися силой.

Я стала разворачиваться, но опоздала. Тварь налетела, размахивая крыльями. Я упала на задницу и ударилась затылком о дерево, чудом удержав в руке нож.

Мир вспыхнул перед глазами, обрёл золотистые очертания. Тварь навалилась сверху, закинув голову и раскрыв клюв.

Завалившись набок и выползая из-под оборотня, я замахнулась ножом, вложив в бросок всю силу. Лезвие прошло насквозь пернатое тело и срезало голову до плеч.

Бескровная тварь обратилась в перья и, перевоплощаясь, взвилась в воздухе.

Я перевернулась на четвереньки и поползла прочь. Джозеф бился с двумя оборотнями сразу, перья летели в разные стороны. Ещё одного я ощутила затылком.

По спине прошла дрожь, кожа дёрнулась, как от удара током — тварь протянула ко мне когтистую лапу-крыло, норовя ухватиться за волосы.

Я упала на бок и перекатилась на спину, выставив перед собой нож обеими руками. Тварь навалилась, нанизывая себя на лезвие. Из приоткрытого клюва прозвучал оглушающий, леденящий душу крик.

Я оказалась дезориентирована, но тварь исчезла, оставив меня приходить в себя. Так-то лучше.

Надо мной склонился Джозеф и, ничего не говоря, взял за плечи и поднял на ноги. Я пошатнулась, но он схватил меня за руку и толкнул вперёд. Я пробежала несколько шагов и обернулась.

Твари облепили вампира, размахивая крыльями. Я бросилась к нему, но вдруг он зажёг фонарь, направив луч света на оборотней.

Они завизжали и попадали, тая, как огарки свечей. Моргая, я силилась сообразить, что только что увидела. Но по спине пополз холодок. Твою мать!