Книга Я остаюсь. Часть 1, страница 32 – Ирина Зырянова

— Мне ничего этого не нужно. Вот победите – и я за вас просто буду рада.

Ирина взглянула на Алексея и поняла, что он хочет ей что-то сказать, но не может собраться с мыслями.

— Что молчишь? Говори уже, – не выдержала Ирина.

— Что говорить? – лукаво ответил Алексей.

— Я же вижу, что ты хочешь мне что-то сказать, да все жмешься.

— Да, я вот тут подумал. Вот раньше рыцари участвовали на турнирах ради дамы сердца. По крайней мере, был какой то – стимул, а у меня его нет.

— Что, найти тебе даму сердца, – рассмеялась Ирина, – тоже мне, рыцарь печального образа.

— А, что, если я уже нашел свою даму сердца, но только она пока не знает об этом.

Женская логика подсказывала о ком идет речь. И, все же, Ирина решила подыграть Алексею, изображая невинную овечку.

— Так откройся ей, – предложила она посмеиваясь.

Алексей остановил Буяна, преградив девушке дорогу.

— А ты согласна быть моей дамой сердца, – выпалил он, глядя ей в глаза.

Ирина описала ореол, насколько позволяли ее глаза.

— Ну, хорошо. Я буду дамой твоего сердца, – сделала она ему одолжение, и, обойдя Алексея, продолжила путь.

— И, согласишься выйти за меня замуж! – крикнул он ей в след.

Ирина обернула, словно не веря своим ушам.

— Сперва выиграй забег! – ответила она, улыбнувшись и вошла в загон.

— Это значит «Да»?! – не сдерживал своей радости Алексей.

— Это значит, что я подумаю, – ответила Ирина, выводя Коронка.

Когда девушка скрылась в конюшне, Алексей вскочил на Буяна и пустил его галопом.

— Она сказала, что подумает! – крикнул Алексей, поровняв коня с трибуной.

Всеволод довольно улыбнулся.

— Отлично сын. Ты сегодня делаешь успехи по всем фронтам.

— Вы здесь вообще о чем? – нахмурил брови Борис, не понимая ситуации…

Глава 9

День Х

Субботний день накануне июля, удался по-летнему, солнечным. Разморенные пеклом дамы, обмахивались веерами и благодарили бога, за традицию надевать на скачки шляпки. Ипподром гудел. Борис, был напряжен до придела, и еще до начала забега, то и дело поглядывал на жюри, нервно теребя свой ус. Когда же на поле вывели лошадей с сидящими на их спинах жокеями, гул на минуту стих, и вновь обрушился на ипподром с большей силой.

Всеволод взялся вывести Буяна на поле. Всю дорогу до стартовых кабинок, он давал сыну ценные советы.

— Я все понял, – не выдержал Алексей, – мы же не раз проходили этот поворот.

— Да, – не успокаивался Всеволод, – но тогда не было столько конкурентов.

Другие жокеи, при виде Алексея, посмеивались над ним, прогнозируя ему слететь с лошади на которой не было жесткой уздечки с удилами, буквально на старте. Но, Алексей не обращал на них внимания. Он понимал, что вольная лошадь может выжать из себя куда больше, чем забитая и испытывающая постоянную боль.

Старт был дан, и взоры всего ипподрома устремились на вырвавшихся из кабинок лошадей. Ликование зрителей волной прокатилось по трибунам.

Ирина, молча, сидела по правую руку от отца. В отличии от сдержанной дочери, Борис, как и его друг, не сдерживали своих эмоций, то и дело соскакивая с трибун.

После прохождения первого круга в лидеры вырвались три лошади. Они шли впритирку, и порой казалось, столкновение неминуемо. Переживая за свою пару, Ирина опускала глаза, и вновь возвращалась на поле, поддаваясь на эмоции своего отца.