Книга Аж 2 О!, страница 29 – Ирина Зырянова

— Спасибо! А, чем займёмся реально? Не хочется целый день торчать возле телевизора.

— А, торчать у телека и не получиться. Света во всей Долинке нет.

— Ну, здорово!

— И, не говори.

В то время, как я поглощала рогалик, припорошённый сахарной пудрой, и запивала его остывшим кофе, подруга пыталась вспомнить, куда положила шахматную доску. Мы успели сыграть партию шашек в ничью, когда в комнату вошла тетя Нина.

— О-о-о, я, пожалуй, пойду, – заявила Маринка. – Не хочу, вновь, увидеть этот ужас, – сморщила она лицо, и поспешила ретироваться.

— Ну, и ладно. Меньше народа – больше кислорода! – крикнула ей вслед мама.

— Ну, давай, посмотрим, что тут у тебя.

Размотав бинты, она спрыснула марлевую прокладку, которая впитала кровь, слабым раствором перекиси водорода, и принялась потихоньку отдирать её от кожи. Чем больше она открывала поверхность моей ноги, тем больше росло удивление в её глазах.

— Что-то не то? – не выдержала я.

— Да, нет. Всё то, и даже лучше. Впервые встречаю такую регенерацию.

— Это – хорошо, да?

— Это – отлично! – улыбнулась теть Нина. – Кожа встала на своё место, и уже прижилась. Есть, конечно, небольшое покраснение. Но – это ерунда. Пожалуй, даже не буду накладывать повязку. Ты сегодня дома, так что просто смажу мазью. И, к концу недели ты уже забудешь про раны.

— Ура! Мой папа всегда говорит, что на мне всё заживает как на собаке.

— Поверь, девочка моя, такой заживляемости, позавидовали бы и собаки. Нет, ну надо же, за сутки, практически, восстановился весь кожный покров. А, ещё вчера кость видно было.

Сложив не пригодившиеся бинты в аптечку, со словами «Ну, отдыхай», она вышла из комнаты. Видно ей не терпелось поделиться своим открытием с дочками, так, как, не прошло и пяти минут, как я услышала быстрые шаги на деревянной лестнице.

— Где тут наша супер-гёрл?! – первая ворвалась ко мне Маринка. – А, ты, случайно, лазером из глаз не стреляешь? – хихикнула она.

— Ну, разве, что, когда сильно разозлят, – усмехнулась я.

Новость о том, что моя нога идёт на поправку, безусловно, улучшила моё настроение. Однако, если с конечностью было всё понятно, то, что мне было делать с сердцем – не знала. Впервые в жизни, я почувствовала, как оно болит, и попросила тёть Нину накапать мне валерьянки, от которой во время игры в «Монополию», меня стало клонить ко сну. Девчонки, сперва прикалывались, что я стала пропускать ходы. Но, вскоре, стали зевать не хуже меня. В итоге, игру пришлось остановить. Они спустились на первый этаж. Я же осталась на мансарде. Улеглась на диване возле окна, и наблюдая, как серебрятся листвой тополя на ветру, отдала себя в руки Морфея. Но, даже в сонном царстве, мысли об Алексе настигли меня. В голове творилась полная неразбериха. Сначала мы летали, причём, сиганули вниз с высочайшей скалы. Потом нырнули в озеро. Затем куда-то долго плыли. На нас были надеты странные костюмы аквалангистов, но привычных баллонов с воздухом на спинах не было. И, последнее, что я видела, и даже, чувствовала – это вкус его солоноватых губ на своих губах. Я открыла глаза, но к моему удивлению, сон продолжался. Снова закрыла глаза, и тут же открыла, но сияющее лицо моего любимого блондина, как и прежде, нависало надо мной.

— Ты сон или реальность? – прищурила я правый глаз, опасаясь, что это сон во сне.