Книга Хозяйка Тейновых холмов, страница 36 – Лана Мур

— За то, что руки распускаешь. Я не разрешала себя трогать! И скажи спасибо, что только ребрами поплатился, а не чем-то более ценным! – и чтобы придать словам веса, сурово свожу брови. Вот так-то. Пусть знают, что со мной такие штучки не пройдут.

Но долго удержать строгое выражение не получается – оба кузена выглядят настолько обескураженными, что невольно прыскаю. Неужели они первый раз получили отпор? Это что получается, местные девушки молчаливо терпят любое хамство? Значит, тем более нельзя давать спуску, раз для них такое поведение в порядке вещей.

Что, мальчики, будем переучиваться?

— Рассказывай, что там с магией, – требую я, основательнее прислоняясь к непонятной тумбе и подпирая рукой бок.

Инсид жалобно смотрит, сопит и демонстративно потирает ребра – обидели деточку.

Только собираюсь пригрозить тем, что действительно отберу приглашение, как оказываюсь в объятиях Ретфера.

Да они тут ошалели что ли вконец?! Кто так с девушками обращается?

Стиснули меня основательно – руки крепко прижаты к бокам так, что не пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы отколотить наглеца. Он, пользуясь моей беспомощностью, вообще теряет берега и … хлопает по ягодице!

Чем окончательно меня выбешивает.

Я вырываюсь из его рук и в ответ хлопаю по физиономии, отчего голова Ретфера дергается, а темные волосы разлетаются живописным веером.

Как назло, удар приходится по щеке со шрамом.

Я почти сразу же жалею о своем порыве.

Нет. Не жалею. Не жалею, я сказала!

Но руку отдергиваю и почему-то прячу за спину.

Ретфер отводит ладонь, накрывавшую место удара, я вижу, как на смуглой щеке проявляется и становится ярче отпечаток моей пятерни – все-таки сил для удара я не пожалела – в глазах полыхает огонь, а выражение на лице такое… такое…

Ох! Беги, Саша, беги! Иначе тебя сейчас под асфальт закатают, а Инсид поможет, даже если сейчас изображает памятник самому себе.

— Лексия, Ретф, вы чего? – сипит он, переводя взгляд с меня на кузена.

Так, кажется, мое закатываение временно откладывается – Инсид, судя по всему, принимать в нем участие не планирует, а Ретфер… в крайнем случае – убегу.

Я даже юбку повыше подтягиваю, чтобы не путалась в ногах, во время стратегического отступления.

— Она умудрилась включить плиту и прижалась к ней, – почти выплевывает Ретфер, а я удивленно оглядываюсь на тумбу. Так и есть, на поверхности, ближе к краю светится красный круг – почти как на индукционной плите. С ума сойти! – Я всего лишь не допустил, чтобы венари Лексия поджарила сама себя. Не люблю, знаете ли, человечину, а у нее уже платье занялось. Пришлось экстренно тушить пожар, – и встряхивает рукой с такой брезгливостью, будто прикоснулся к чему-то весьма гадкому. При взгляде на его гримасы, мне снова нестерпимо хочется ударить, но вспоминаю, по какому месту Ретфер меня шлепнул.

Хватаюсь за собственный филей, и чувствую, как щеки начинают полыхать так, словно я ими поочередно прижалась к плите – огонь успел прожечь тонкую ткань, и теперь я сверкаю сквозь прореху голой ягодицей.

Ну как так-то?!

— Убирайтесь! – сиплю и стягиваю рассыпающуюся в руках ткань.

— Еще чего! – до невозможности нагло заявляет Ретфер. – Вас оставь одну, вы и поместье спалите, а артефакт еще слишком слаб, чтобы защитить от пожара.