Книга «Аромат любви» от сударыни-попаданки, страница 117 – Ольга Росса

— Верю, Александр, — она всё же улыбнулась, смотря на меня с жалостью.

Знаю, сам виноват, чуть без глаз не остался. Чудо, что я в этот момент отвернулся, собираясь сделать пометку в блокноте.

— Это всё потому, что кто-то забыл обо всём на свете, наплевав на себя и на семью, — в голосе любимой снова появились нотки упрёка. — Теперь будете отдыхать несколько дней на больничной койке. Ни о ком не подумали: ни о себе, ни обо мне, ни о сыне.

— Прости, — выдохнул я, понимая, что действительно отдалился от семьи, пропадая в лаборатории. — Я торопился, хотел впечатлить тебя.

— Спасибо. Я была изрядно впечатлена, увидев вас на койке после операции, — вздохнула супруга и наконец-то села на стул. Не могу смотреть на неё, когда она стоит передо мной, а я лежу, даже не в силах подняться. Спина болела, раны жгли, невыносимое чувство беспомощности давило на меня.

— Я не это имел в виду, — прикрыл на мгновение глаза, а потом посмотрел на супругу. — Мечтал, что, узнав о моём открытии, ты будешь гордиться мной, Варенька. Ведь я люблю тебя так, как никого никогда не любил.

Звенящая тишина повисла в палате. Вздохнув, я закрыл глаза, не в силах смотреть на любимую. Сейчас она снова мне напомнит, что у нас договорённости влюбляться не было, и прочее...

— Посмотри на меня, Александр, — тихо произнесла она, и я распахнул веки.

Лицо супруги оказалось так близко, что грудь сдавило от чувств. Варвара присела на корточки, приблизившись ко мне, осторожно провела рукой по моим волосам. В голубых глазах светились теплота, забота и что-то такое светлое, отчего сердце пропускало удар за ударом. Я готов был кинуться к ней в ноги и расцеловать каждый пальчик на её руке.

— Повтори ещё раз, что ты сказал, — тихо прошептала она, ласково смотря на меня.

— Я люблю тебя, Варвара, — уверенно повторил я, оперевшись на локоть, и повернулся на бок. — Ради тебя готов на всё, только бы ты была счастлива. Хочешь лавку ещё одну откроем, а хочешь к морю поедем, в Ялту например, — слова сами слетали с уст от переполнявших меня чувств. Я тонул в глубине её глаз.

— В Ялту, — улыбнулась она, коснувшись моей щеки, — обязательно съездим, но только после Парижа. Нужно готовиться к выставке. Я правда очень впечатлена вашим… твоим открытием, Александр. Только прошу, не надо жертвовать собой. Ты нужен нам, Грише и мне, — она закусила губу, глаза заблестели от влаги.

— Прости, — невыносимо смотреть, как по её щеке катится слеза.

— Я очень испугалась за тебя, правда. Ты дорог мне как друг, как компаньон и супруг. Больше не смей так пугать меня, слышишь. Ведь я тоже люблю тебя, — и едва коснулась моих уст в невесомом поцелуе. И столько в нём было нежности и любви, что у меня голова закружилась от счастья.

— Варенька, милая моя, — прошептал я, пьянея от её признания. — Счастье моё, — и с трудом смог приобнять её свободной рукой, почувствовав родной аромат персика и цветов. — Я не достоин твоих слёз.

— Поправляйся скорее, Александр, — на губах любимой сияла счастливая улыбка. — Я очень скучаю и жду тебя дома.

— Буду послушным пациентом, чтобы побыстрее отсюда уйти здоровым, — вздохнул я, вернувшись в исходное положение, всё же раны напоминали о себе. — Прости, что не смогу завтра присутствовать на открытии лавки, ведь ты так старалась.