Книга Попаданка в мир драконов. Замуж за чудовище, страница 54 – Юлий Люцифер

Прямо поверх рубашки.

Туда, где под тканью, должно быть, сходились самые глубокие огненные линии.

Эффект пришел сразу.

Не как в прошлый раз.

Сильнее.

Намного сильнее.

Его тело под моей рукой вздрогнуло так, будто я коснулась не кожи, а самого центра боли. Под тканью словно метнулся жаркий ток, потом замер, заколебался и начал отступать. Не исчезать — нет. Но сбавлять безумную, рвущуюся ярость.

Он шумно выдохнул.

Голова чуть опустилась.

Свободная рука сжала край стола так сильно, что дерево жалобно хрустнуло.

А я вдруг увидела не глазами — чем-то другим.

Вспышками.

Черное небо над башней.

Мальчик с темными глазами, стоящий в круге огня.

Женский крик.

Чужая рука с печатью короны на пальце.

Кровь на камне.

Шепот: «Если не удержим — он сожжет всех».

И одиночество.

Такое чудовищное, что от него хотелось выть.

Я резко отдернула руку.

Воздух вернулся в легкие болезненно, как после слишком долгого погружения под воду.

Рейнар поднял голову.

В его лице тоже было что-то ошеломленное.

— Что с вами? — спросил он.

Я уставилась на него.

— Это я хотела спросить.

— Вы побледнели.

— Я, кажется, видела…

Запнулась.

Потому что сказать «я только что увидела кусок вашего детства, боли и, возможно, чьей-то причастности к проклятию» звучало бы даже по нашим нынешним меркам слишком.

Но он уже понял, что это не просто новая волна слабости.

— Что именно? — очень тихо спросил он.

Я сглотнула.

— Мальчика. Огонь. Башню. Королевскую печать. И… — голос предательски сел, — ощущение, что вас решили сделать опасным еще тогда, когда вы не могли ничего выбрать.

В комнате стало так тихо, что я слышала собственный пульс.

Рейнар не двигался.

Не отрицал.

Не перебивал.

Только смотрел.

И от этого взгляда мне снова стало холодно, но уже по другой причине.

Потому что я попала.

Слишком близко.

— Это были не просто образы, — сказал он наконец.

— Нет.

— Раньше такого тоже не было?

— Если не считать утреннего бонуса в виде чужого коридора и женщины без лица — нет, не было.

Уголок его губ дрогнул бы, если бы ситуация была хоть на крупицу менее страшной.

— Значит, связка углубляется быстрее, чем должна, — произнес он.

— И что это значит?

— Что за ваше появление в этом мире уже заплатили.

Я замерла.

— Что?

Он медленно выпрямился. Уже устойчивее, чем минуту назад. Не потому что ему стало хорошо — просто моя рука действительно сняла часть вспышки.

— Такие переходы не случаются без причины, — сказал он. — Не в нашем мире. Не с учетом времени. Не с учетом ритуала. Не с учетом того, что огонь признал вас не просто сосудом Элеи.

— Подождите. Вы хотите сказать, что меня сюда кто-то притащил специально?

— Да.

Слово ударило в грудь почти физически.

Я сделала шаг назад.

Потом еще один.

— Нет.

— Да.

— Нет, — повторила я, уже злее. — Я не хочу это слышать вот так, между отравленным обедом и боевой магией в окно.

— А у меня нет более удобного момента, чтобы сказать вам правду.

— Тогда вы могли бы хотя бы начать мягче!

— Я не умею мягче.

— Это я уже заметила!

Голос сорвался неожиданно громко. Я отвернулась, уперлась ладонями в подоконник рядом с разбитым окном и заставила себя дышать.

Специально.

Кто-то.

Притащил.

Меня.

Сюда.

Не смерть. Не случайность. Не космическая катастрофа. Чья-то воля.

От этой мысли мир вдруг стал еще хуже, чем был утром.