Книга Попаданка в мир драконов. Замуж за чудовище, страница 110 – Юлий Люцифер

Эйден услышал тоже.

И в лице у него впервые за весь разговор проступило нечто почти настоящее.

Раздражение.

— Вот как, — сказал он тихо. — Значит, ты уже начала ему верить.

Я медленно перевела взгляд на него.

— Да.

Сказала — и поняла, что не жалею.

Ни на секунду.

Ни несмотря на проклятие, ни на красную комнату, ни на страх, ни на Лиару, ни на все его ужасные формулировки.

Я верю ему.

Не целиком. Не слепо. Но достаточно, чтобы в критический момент выбрать сторону без колебаний.

И, кажется, Рейнар понял это тоже.

Потому что в следующее мгновение я почувствовала: в коридоре стало жарче.

Не от дома.

От него.

Его взгляд на секунду изменился так, что внутри у меня что-то болезненно дрогнуло.

Очень не вовремя.

Очень.

Эйден это тоже заметил.

Улыбка у него стала опасной.

— Тогда, боюсь, ты уже почти потеряна для здравого смысла, леди.

— Не тебе о нем судить.

— Мне — как раз удобно.

— А мне удобно, что ты все еще стоишь слишком близко к выходу, чтобы уйти достойно.

Варн где-то за спиной охотников одобрительно рыкнул что-то невнятное.

Эйден проигнорировал.

Он смотрел уже не на меня — на ключ.

И я вдруг поняла: если он уйдет сейчас, то не откажется. Просто вернется с новым планом.

А если не уйдет — мы окажемся в битве прямо здесь.

Рейнар, кажется, думал о том же.

Потому что сказал, не глядя на меня:

— Когда скажу — беги к северной лестнице. Варн прикроет.

Я резко повернулась к нему.

— Нет.

— Да.

— Я не убегу с ключом, пока ты…

— Леди.

— Нет.

Он шагнул ближе.

Очень.

Слишком.

Между нами еще оставался бой, принц, охотники, дом — а он все равно наклонился ко мне так, будто все остальное на секунду перестало существовать.

— Ты мне веришь? — спросил он тихо.

Сердце ударило так сильно, что я едва не задохнулась.

— Да.

— Тогда, когда я скажу — бежишь.

Я смотрела в его глаза и понимала: вот она, цена доверия. Не красивые слова. Не объятия. Не обещания.

Приказ, за которым стоит жизнь.

И готовность подчиниться не потому, что он сильнее, а потому что я знаю: он не просит того, что не готов искупить собой.

— Хорошо, — прошептала я.

Он выпрямился.

И в тот же миг все сорвалось снова.

Охотники одновременно рванулись с двух сторон. Маг короны ударил в потолок, осыпая коридор белыми искрами, чтобы ослепить всех. Эйден шагнул назад — не в бой, а в позицию наблюдателя, сволочь такая, рассчитывая забрать выигрыш из чужой крови.

Но дом оказался быстрее.

Ключ у меня в руках вспыхнул, и огненные прожилки в стенах рванулись живыми нитями. Они схватили ближайшего охотника за ноги, второго — за запястье, третьему ударили прямо в грудь так, что тот захрипел и согнулся.

Рейнар двинулся в ту же секунду.

Это уже не было похоже даже на человека в ярости.

Скорее на саму идею ярости, которой дали тело и право не сдерживаться.

Он отбросил одного охотника в стену, развернулся, перехватил руку второго и с таким сухим, страшным треском сломал запястье, что у меня самой дернулась рука с ключом. Тень крыльев за его спиной стала почти явной. Глаза горели уже не красным — раскаленным.

Маг короны понял, что теряет контроль, и ударил снова.

Прямо в меня.

На этот раз я это увидела.

Белая вспышка.

Тонкая. Смертельная.

И тут произошло то, чего не ожидал никто.

Ключ сам раскрылся у меня в ладони, как книга.