Книга Кара Рентл. Расхитительница иллюзий, страница 103 – Дэнни Стилс

— Это мы сейчас узнаем! — бросаюсь к ней и хватаю за шею.

Она стоит, улыбается, а затем медленно превращается в тонкие струйки чёрной жидкой субстанции, уплывает сквозь пальцы, покалывая их.

Перевожу взгляд на кулон, который всё ещё висит у неё на груди, потихоньку превращаясь в дым. Молниеносным движением хватаю и рывком срываю его.

— Дрянь! Отдай! — жгуты-тени тянуться к моей шее, но мгновенно отскакивают назад. Пробуют вновь, но всё с тем же результатом.

Смеюсь громко и с надрывом.

Сжимая в руке новый кулон, пару секунд размышляю, наблюдая, как потоки чёрной тени хаотично мечутся по всему залу Храма, стягиваясь со всех концов помещения к пламени в центре.

Снимаю свои артефакты и вставляю их друг в друга. Подвески загораются разноцветными огнями, поднимаясь в воздухе передо мной. Ореол северного сияния окружает амулеты со всех сторон.

Соединяясь, они превращаются в один большой артефакт. Словно волчок, он вертится в воздухе, испуская яркие лучи света в разные стороны.

Мощная белая вспышка возникает внезапно, и концентрическими кругами, за долю секунды, вместе с силовой волной разливается по всему помещению.

Зажмуриваю глаза и отлетаю от ударной волны в сторону, со всей силы стукаюсь спиной об одну из колонн.

Падая на пол, думаю лишь о том, чтобы этот кошмар наконец-то закончился, меня оставили в покое, и я оказалась в своей квартире в мире без всякой магии.

Эпилог.

— А у тебя бывают сны, которые кажутся ярче, чем реальность при пробуждении? — задаю я вопрос, сидящему напротив меня Алексу.

Он смотрит на меня немного устало. Оно и понятно. Вот уже несколько дней я мучаю его рассказами о своих снах.

Мы сидим в уличном кафе на Ломбард-стрит в Сан-Франциско, рядом с моим любимым магазином выпечки. Только там продаются самые вкусные в мире булочки с корицей. Почему-то последнее время после прибытия из больницы, мне всё время хочется слышать аромат этой пряности.

Ветер шелестит листвой на ближайшем к нам дереве, с каждой минутой усиливаясь. Похоже, быть грозе, отстранённо думаю я, глядя, как по небу плывут тяжёлые тучи, кучкуясь вместе.

…Три недели тому назад я вернулась из Сан-Диего, где в местной больнице провела в коме практически целый месяц. Меня выловили местные рыбаки, проплывая мимо на своей шхуне. После того как мы с Алексом попали в воронку подводного извержения вулкана и силой течения нас разбросало в разные стороны, я лишь помнила голубой свет и как на последнем запасе воздуха плыла в сторону спасительного сияния…

— Тебе опять снился один из твоих странных снов? — Алекс смотрит на меня изучающе, с немым упрёком в глазах. — Ты же знаешь, мне вообще редко снятся сны, а таких, чтобы ярче реальности, точно не припомню. Когда я пришла в сознание, и обнаружила себя подключённой к мониторам, с кучей прозрачный, наполненных лекарствами трубок, я первым делом позвонила своему жениху. И того самого момента, как он забрал меня из больницы, став на время реабилитации моим опекуном, мы практически толком и не разговаривали. Ни о нас, ни о нашей свадьбе.

— Ты сильно изменилась, Кара. Смотрю на тебя и как будто не узнаю́, — Алекс задумчиво помешивает соломинкой свой напиток, изредка бросая на меня внимательные взгляды.

— Я и сама заметила, что стала какой-то другой. У меня даже вкусы поменялись. По тому, как Ал морщится, понимаю, что последние слова он принимает свой счёт. Закусываю губы. Вот чёрт, я ж не это имела в виду.