Книга Любовь не с первого взгляда, страница 94 – Виолетта Иванова

— Всем приятного аппетита. Мы с Данирией постарались сегодня напечь вам блинчиков.

Мужчины сели за стол, Данирия взяла с плиты кувшин с горячим чаем, поставила на стол, принесла еще кувшин с холодным молоком и тоже села. Император немного постоял, потом подошел к столу, отодвинул свободный стул и сел. Он налил себе чай и стал пить его, не замечая его вкуса. В голове бушевал ураган мыслей. Мария права, каждым словом права. Он впервые чувствовал мальчишкой, которого наказали за серьезную проказу.

Мысли метались в голове Вадимириса. Остаться с Марией, поговорить с ней или уехать в Лабаленк вместе с Леранией? Лерания. И почему сегодня, думая о ней, его впервые за последнее время не тянет к девушке? Что с ним было? Егерон вчера говорил, что снял с него наваждение артефакта соблазнения и подчинения. Неужели эта милая девушка посмела использовать запретный артефакт? Зачем? Он вспоминал как сквозь туман все последние дни, проведенные с Леранией и не понимал, почему он не увидел в ней такую же вздорную девицу, которой очень хотелось богатства и власти? Зачем она приехала сюда? И зачем онсогласился взять сюда свою любовницу?

От этих мыслей снова разболелась голова. Он посмотрел на Егерона, который внимательно всматривался в его лицо, потом поднял руку, сделал лечебный пасс. Головная боль отступила. Император благодарно кивнул хранителю. Вчера Егерон что-то еще говорил про этот артефакт, но он не слышал его.

Весь завтрак Император молчал. Он выпил только кружку чая, постоянно думая о том, как ему быть с Леранией, что делать с его семейной жизнью. Он бросал короткие взгляды на Марию, которая спокойно ела и о чем-то переговаривалась со своими друзьями. И вдруг он понял, что восхищается ею. Да-да, восхищается — ее выдержке, силе воли, знаниям, и ее… красоте. Он вновь увидел перед собой красивую молодую женщину, которой от него ничего не надо, которая все сделает сама, не прося у него помощи. Не потребует нарядов, украшений и балов, а пойдет туда, где нужна ее помощь, отдаст последнее, ничего не требуя взамен.

Мария поела, поблагодарила всех за компанию.

— Малдинс, помнишь, мы собирались сегодня съездить в город? Ты готов?

— Да, элира, готов, — мужчина тоже поднялся из-за стола. — Спасибо, все было очень вкусно.

— Через полчаса жду тебя у крыльца. Поедем верхом.

И она вышла из кухни. Валерис и Малдинс тоже вышли, Данирия засуетилась, убирая со стола. Егерон сидел и смотрел на Императора.

— Хранитель, мы можем поговорить? — спросил Император глухим голосом.

— Конечно. Предлагаю пройти в нашу чайную комнату. Там удобно будет разговаривать.

Комната, куда привел его Егерон, была небольшой и уютной. Вся мебель здесь была плетеной из обычного либурка, который во множестве растет по берегам рек. Вадимирис не мог поверить, что такое возможно сделать из обычной травы — плетеные, легкие и очень удобные кресла, плетеный небольшой столик, на котором в глиняной вазе стоит букет осенних листьев. На стенах красивые фрески. Через окно комнаты Император видел, как Мария, одетая в какие-то обтягивающие штаны и легкую куртку, села на лошадь и вместе с Малдинсом отъехала от крыльца. Еще успел заметить Император тучи, которые шли со стороны моря. Он нахмурился, чувство какой-то беды царапнуло его.