Книга Секретная помощница для Полковника, страница 43 – Ольга Гольдфайн

Так вот, когда начальник меня в подъезде поймал и начал тискать, из темноты парень вышел и отозвал в сторонку «дядю», а меня отправил домой. Больше этого начальника никто не видел.

С тех пор работаю только одна. Близко никого не подпускаю, чтобы не совершить непоправимое.

А сегодня мне стало страшно.

Казалось, что умею Дар сдерживать, в последние годы не было с этим проблем, но после ночи с тобой он стал сильнее, и я не смогла остановить волну, взять эмоции под контроль.

Что-то изменилось во мне после нашей близости.

Тут было два варианта исхода: либо я «сгорела» от запертой энергии, либо тот, кто меня разозлил.

Василиса немного помолчала, а затем попросила:

— Олег, пожалуйста, отпусти меня. Я не знаю, как со всем этим быть… Мне нужно время…

Вентура посадил девушку к себе на колени и укачивал как ребенка, целовал в висок, обнимал своими большими сильными руками.

— Не говори глупости, детка. Никуда я тебя не отпущу… Ты же моя любимая девочка. Мы со всем справимся, вот увидишь…

На них падал первый снег, обещая укрыть сугробами неприглядную грязь осени, трагедии прошлого, боль и переживания минувших дней…

А завтра они проснутся и на чистом снежном покрывале напишут новую историю.

Свою. Счастливую. И длинную.

Но это завтра…

Великий Дар — награда иль проклятье?

Дома Полковник первым делом налил ванну горячей воды и посадил туда замерзшую Василису.

Девушка не сопротивлялась. Мужчину пугала её безучастность и податливость. Энергичная, независимая, упрямая Ведьма исчезла, оставив от себя лишь бесцветную оболочку.

Холод словно проник внутрь, явив без приглашения Снежную Королеву. Только и Силы сейчас в ней не чувствовалось. Словно она отказалось от неё. Добровольно закопала Дар под грузом чувства вины и безысходности.

«Что воля, что неволя — всё равно», — именно это настроение читалось на лице девушки.

Да, Вентура хотел от неё доверия и принятия, но не такого.

Она отдалась на волю Судьбы и этого мужчины. Покорно вручила себя: «Делайте со мной, что хотите».

Из Василисы словно вынули стержень, и она поникла — опустила свои животворящие листочки и растеряла лепестки сказочных цветов, согласившись завянуть раньше времени.

Чем помочь девушке, Полковник не знал, но чувствовал — надо как-то вдохнуть в неё Жизнь, вернуть ей Веру в себя.

Он аккуратно проводил намыленной мочалкой по плечам Василисы, согревая её теплом. А затем поцелуями собирал капельки воды с её тонкой, бархатной кожи.

Девушка прикрывала руками грудь, и Вентура неспешно проводил мочалкой по выпирающим полушариям.

В штанах было тесно. Жилка монотонно долбила висок, проламывая похотью стену терпения. Нежность и ласка постепенно уступали место страсти и желанию.

Дыхание мужчины стало тяжелым. Он с трудом справлялся с поставленной задачей: согреть и привести в нормальное состояние, при этом задвинуть свои животные желания на задний план.

Он пожирал глазами каждый сантиметр тела девушки, разжигая взглядом пламя страсти у неё внутри.

И постепенно Василиса оттаяла. Взгляд стал более осознанным. Связь работала. Всё, что творилось внутри мужчины, эхом отзывалось и в ней.

Вентура заметил, как искорки в радужке начали светиться яркими точками.

Когда она облизала губы, все крепостные стены, выстроенные Полковником вокруг своего вожделения, рухнули.