Книга Украсть сердце Тирана, страница 19 – Ольга Гольдфайн, Валерия Бероева

«Сейчас он станет давить на меня или шантажировать», — поняла по взгляду беснующейся ртути.

— Вера, у вас нет иного выхода. В противном случае я дам делу ход. Ваша ошибка может стоить вам дорого: потери диплома, а может и заключения. Неужели так хочется отведать тюремной баланды?

«Господи, как предсказуемо… И как низко…»

Меня затошнило от гнева, страха и всей этой нелепой ситуации.

— Простите, мне нужно в туалет.

С трудом поднялась с дивана и шагнула к выходу. Руслан тут же встал со своего кресла и загородил дверь своим корпусом.

— Туалет слева. Сделайте свои дела и выходите, мы не договорили.

Закрывшись в отделанном мрамором санузле, я присела на крышку унитаза и заплакала.

«За что? Ну, за что мне всё это? Мало того что он оставил меня без работы и квартиры, так теперь ещё хочет осеменить и отобрать ребёнка…

Боженька, ну где я так нагрешила? Всего лишь от усталости перепутала пациенток. Но ведь никто не пострадал…»

— Вера, вы там решили в ванне утопиться или сбежать через канализацию? — постучал в дверь этот гад.

— Уже выхожу, — крикнула в ответ и встала, чтобы умыться холодной водой. Лицо горело, глаза припухли, из носа текло.

Высморкалась и вытерлась салфеткой, убрала с кожи потёкшую тушь.

— И зачем красилась, дура? Была бы страшная — не прошла бы кастинг на сурмаму.

Вышла из туалета, и как на Голгофу, вернулась на диван. Положила руки на колени и подняла глаза на монстра, который хочет разрушить не только мою жизнь, но и меня уничтожить.

— Руслан Тимурович, я прошу у вас снисхождения. Поверьте, на роль суррогатной матери я совершенно не подхожу. У меня наследственность плохая: отец алкоголик, мать с пограничными психическими расстройствами, у бабушки был диабет, гипертония, дед вообще от рака умер. Зачем вашему наследнику такие гены?

Сафин сложил на столе руки домиком, изображая кардинала Ришелье.

— Веррра, найти женщину с хорошей наследственностью практически невозможно. Да ещё такую, чтобы была мне симпатична.

— При чём здесь это?

— При том, что мне не всё равно, на кого будет похож мой ребёнок.

«Ах, вот в чём дело? То есть про осеменение я не ошиблась».

— Позвольте, Руслан Тимурович, вы не совсем понимаете процесс ЭКО. Яйцеклетку можно взять от любой женщины, которая вам понравится. Оплодотворить её вашими сперматозоидами и поместить в матку суррогатной мамы. То есть это будет две разные женщины.

И существуют медицинские центры, где вы можете выбрать по базе сурмать. Проверенную, здоровую, с хорошей наследственностью и согласную выносить вам ребёнка, даже не одного. Обычно подсаживают два-три эмбриона.

— Слушайте, увольте меня от подробностей. Я уже сделал свой выбор, Вера. Вам некуда деться. Потратите год, зато получите жизнь, о которой даже не мечтали.

Сафин откровенно не понимал, почему я артачусь.

— Руслан Тимурович, у вас что, сердца нет? Как вы не понимаете: я не смогу никому отдать своего ребёнка. Ни за какие деньги… — слёзы хлынули потоком, и я уже не сдерживалась. Ревела в три ручья, но эта сволочь, в отличие от других мужчин, не реагировала на женские истерики.

— Ну, не знаю. В груди что-то колотится, значит, сердце имеется. А то, что его не трогают ваши слёзы, так это нормально: почему чужая биологическая жидкость должна меня волновать?