Онлайн книга «Лекарство от измен»
|
Каждая клеточка в теле тряслась от страха. Я не знала, в каком состоянии он проснётся и что будет дальше. Кому были адресованы эти слова: любовнице, с которой он провёл половину ночи, или мне? И как после этого заниматься с ним сексом? А он ведь потребует… На утро полупьяный Крайнов встал в отвратительном настроении. Выпил таблетку от головной боли, бутылку минеральной воды и пригвоздил меня к стене фразой: — Вытащишь спираль, родишь мне сына, а потом катись на все четыре стороны! Я всё ещё не верила в его план, но на всякий случай начала принимать ещё и таблетки… И вести себя с Марком тихо и ровно. Чувствую: пока я послушная, покладистая, спокойная, Марк балует меня, холит и лелеет. Но стоит мне заикнуться о свободе, попросить развод или вспомнить о Никите, как на меня обрушатся громы и молнии. Особенно если речь пойдёт о моём друге… Никита позвонил мне сам через две недели после моего разговора с Алёной. Хорошо, что я сидела с девочками в университетской столовой. Едва увидела, от кого звонок, бросила обед и вышла из помещения. Там было слишком шумно. — Ника, привет! Прости, что долго не звонил. Представляешь, куда-то пропал твой номер из списка контактов. Хорошо, что телефон твоей мамы сохранился, она мне продиктовала заново. Как ты там, малышка? Рада слышать друга, но его здоровый энтузиазм и это обращение «малышка» как-то не вяжутся с обстоятельствами. Он лежит в больнице, собирается жениться на Алёне. Я тоже замужем… — Здравствуй, Никита. Я тебе звонила после несчастного случая, разговаривала с твоей девушкой. Она просила больше вас не беспокоить, — безжалостно сдаю Алёну. Пусть Соболевский донесёт до этой ревнивой курицы, что друзья у парней могут быть и женского пола. Ник смеётся: — Да, Алёнка строга! Она здесь как надзиратель за мной присматривает. Не знаю, что бы я без неё делал? Лично я ничего смешного не вижу. Какая-то фря запретила мне звонить самому близкому и единственному другу. — Значит, вы давно вместе? — выдавливаю из себя, превозмогая боль в груди. — Нет, она случайно в нашей группе оказалась. Решили, что доктор нам не помешает, вот и прихватили с собой. — Доктор и правда, не помешал… — горько замечаю. — Как ты себя чувствуешь? Что говорят врачи? — Да всё нормально, Ник. Лежу в Бурденко, отдельная палата, парни нашли спецов, подлатали меня. Потихоньку стаю и хожу. Говорят, мне ещё повезло. Правда, теперь в спине пара металлических пластин и штифтов, но это мелочи, — продолжает веселиться Соболевский. — Лучше расскажи, как ты? Прости, что не помог тебе с Голубевым. Проблема как-то решилась? Не стал у твоей мамы спрашивать. Не знал, в курсе она или нет. Раз у друга такое хорошее настроение, он точно не в курсе моего замужества. Никита каким-то приглушённым, бархатным голосом добавляет: — И ещё я очень соскучился по тебе. Можешь ко мне приехать? Я едва не падаю с подоконника, на который забралась во время разговора. «Приехать? Он серьёзно? А его Алёна не порвёт меня от ревности на кусочки? Да и что я скажу Крайнову?» Собираюсь с силами, поднимаю глаза к потолку и глотаю внутри слёзы разочарования, обмана, горечи. Мне так не хватает Соболевского… Сейчас сидела бы с ним рядом на диване и жаловалась, как я морально устала быть всё время хорошей, заглядывать в рот мужу и выполнять его желания… |