Книга (Не)любимая попаданка дракона, страница 36 – Эльвина Лейн

— Спасибо, Тиша, — Леонард улыбается, и его голос становится мягче. Девушка смущенно опускает глаза. — Я ненадолго, чтобы оставить дезер'ру.

Тиша оглядывает прихожую и наконец видит меня. Ее глаза краснеют, будто она вот-вот расплачется.

— Здравствуйте, Тиша, — я делаю шаг вперед и улыбаюсь, протягивая руку. — Я Виктория. Приятно познакомиться. Я не опасна, уверяю вас. Надеюсь, мы поладим. Я тоже люблю пирожки с яблоками.

Тиша с опаской смотрит на мою руку и молча отступает.

— Дезер'ра, — понижая голос, говорит Леонард. Его рука ложится мне на плечо. — Правило пятое: тебе запрещено общаться с моей домработницей.

Я с недоумением оборачиваюсь.

— Почему? С ней что-то не так? — смотрю на девушку, которая не сводит глаз с руки Леонарда на моем плече. К слову, его ладонь задержалась там неприлично долго, потому я изящно веду плечом и сбрасываю ее. Суб'баи, кажется, злится, потому что у Тиши округляются глаза, но я не оборачиваюсь. Ему назло.

— Всё с ней в порядке, — шипит он. — Не забывай второе правило. И ты, Тиша, запомни: с дезер'рой говорить запрещено.

Девушка покорно кивает.

— Я вернусь через пару часов, — он распахивает дверь. — Тиша, посели ее в дальнюю комнату в восточном крыле. И покажи купальню, пусть приведет себя в порядок.

Я хочу возразить, что выгляжу так ужасно из-за него, но Леонард предупреждающе зыркает на меня и скрывается за дверью.

— Да, суб'баи, — бормочет девушка ему вслед, затем вскидывает на меня глаза, полные ревностного огня.

— Наконец-то ушел, — с облегчением выдыхаю я. — Такой ворчун. Как вы с ним работаете?

Я снимаю босоножки и под испепеляющим взглядом Тиши иду в гостиную.

— Ваша комната в конце коридора, — слышу я за спиной.

Оборачиваюсь и внимательно смотрю на девушку. Она явно влюблена в Леонарда, а меня считает соперницей. Мысленно фыркаю. Не нужны мне конфликты с влюбленными ревнивицами, у меня есть дела поважнее: забрать подвеску и вернуться домой. А все эти любовные интриги пусть оставят себе. Я в это ввязываться не собираюсь.

— Послушайте, Тиша, не волнуйтесь. Я понимаю, вы влюблены в Леонарда…

— Что? — ее лицо заливает краской. — Я не…

— О, не стесняйтесь своих чувств. Леонард, конечно, мужлан, но кто я такая, чтобы судить. Ведь, как говорят в народе, любовь зла, полюбишь и… — Девушка недоуменно приподнимает бровь. — В общем, неважно. Знайте, я на него не претендую. Более того, может, я могла бы вам помочь?

— Помочь? — неуверенно переспрашивает Тиша.

Я достаю карты, тасую и вытягиваю одну.

— Ваша любовь безответна, — уверенно говорю я и вытягиваю еще карту. — Ваше сердце страдает. Ой как страдает, и тоска непреодолимая не дает покоя. Много слез вы пролили из-за него. А он, — краем глаза я замечаю, как девушка с надеждой подается вперед, — а он не замечает вас. Совсем.

Я опасливо смотрю на Тишу. Не все спокойно принимают правду. Но врать я не могу. Если карты показали вот так, значит, это я и должна сказать. Ложь запрещена. Это все-таки особые энергии, а не хухры-мухры какие-нибудь.

Как я и думала, Тиша мрачнеет на глазах. Обиженно поджимает губы, лицо кривится.

Она резко разворачивается и, шурша длинным платьем, идет в конец коридора. Я спешу за ней.

— Тиша, постойте. Неразделенная любовь — не конец света. Ну куда же вы бежите?