Книга Последнее тепло - во мне, страница 78 – Лина Таб

Естественно, написать сидя в собственной комнате я ничего не могла, поэтому это откладывалось до вечера, когда мы снова соберемся в кабинете и когда, этот момент настал, я уже знала что буду делать.

Первое, что я сделала, сняла артефакт, ведь мне будет нужен мой свет. Это был всего второй раз, ведь мы старались не рисковать.

Чтобы дать понять, что письмо написано рукой светлого, необходимо было использовать свой дар. Строки будут мерцать золотом, настоящим подтверждением, что они оказались правы, среди светлых есть выживший. А еще, я окончательно решила обличить свое имя.

Сев писать, я ощущала легкую дрожь в пальцах, но на удивление, мысли не метались хаотично, голова не гудела, да и страха не было. Только волнение и холодная ясная голова.

'Свет услышал твой зов, услышал твой крик о помощи и я помогу. Не потому, что прощен, не потому, что желаю сохранить последнее тепло, что струится в моем теле, а потому, что свет всегда звал тебя в мир, хоть ты и не слышал.

Не пытайся найти меня сам, не найдешь. Я приду к тебе, правитель темных земель, Норман Райно, когда пойму, что ты готов принять свет. Не запрешь его, не попытаешься подчинить. Ведь шанса все исправить у тебя больше не будет.

Я последняя. И последнее тепло этого мира — во мне.

Наследная некоронованная правительница разрушенных светлых земель, Селла Мирано.'

А чтобы у правителя не возникло и мысли, что это уловка, а я именно та, за кого себя выдаю, запечатала письмо собственной кровью, пропитанной светлым даром, что позволяло сохранить кровь свежей, сверкающей золотом.

Это древний способ используемый именно теми, в ком есть кровь правящей ветви, но подробная информация об этой печати сохранилась лишь на светлых землях. Темные утратили такую возможность довольно давно, так как она забирает почти все силы, но зато, письмо резко возникнет перед адресатом и когда будет прочитано, рассыплется золотыми искрами.

Ректор сразу принял мое решение подтвердить принадлежность с помощью дара, а вот Делоро, видела же, что согласен, но все-таки воспротивился и когда, я все-таки сделала как считала нужным, а письмо исчезло, именно он подхватил мое ослабевшее тело и бережно перенес на диван.

Я видела его напряженную челюсть, мрачный взгляд и ходящие желваки. Видела и улыбалась.

Влить все силы — это означало ослабнуть и телом. Поэтому сейчас мне была необходима помощь тех, кому я доверяла. И это были Делоро и Тиззо.

Когда декан опустил мое тело на мягкую поверхность, то сел рядом, прямо на пол и наши лица теперь были близко.

Он злился. Но не на меня. На обстоятельства. А еще, был ужасно задумчив, не смотрел в мою сторону.

Сейчас я была в своем теле, хоть и не по размеру в большой мужской одежде. Но даже она, знаю, не скрывала того, какая я есть на самом деле. Именно поэтому, я протянула тонкую руку с изящными, но далеко не нежными из-за постоянных тренировок пальцами к мужскому лицу и провела костяшками по горячей щеке.

Темный мрачный взгляд тут же метнулся к моему лицу.

— Все будет хорошо, — улыбаюсь мягко, снова медленно провожу по щеке сверху вниз и впервые за все время в теле Селлы, ощущаю настоящее умиротворение и тех самых пресловутых бабочек, что порхают в животе.

Особенно после того, как Делоро ловит мою ладонь своей и совершенно естественно, будто делал это множество раз, коротко целует пальцы, разгоняя по моему ослабевшему телу приятное тепло.