Книга Последнее тепло - во мне, страница 17 – Лина Таб

— А что с тобой по пути случилось? — задает следующий вопрос Роб, выдергивая из мыслей и осматривая меня внимательным взглядом.

Вздергиваю вопросительно бровь.

— Твоя одежда явно не с твоего плеча. Даже доспехи малы. Чьи они и почему ты одет и обут в одежду, которая тебе мала? Тебя ограбили по пути?

Роб задавал те вопросы, которые в любом случае могли всплыть у любого, кто увидел бы меня. Именно поэтому я старалась держаться в стороне от людей. Но в сложившейся ситуации, я планировала поиметь максимальную помощь и раз мужчина сам завел об этом речь, то стоило воспользоваться.

— Наоборот, — хмыкаю уныло, — снял с мертвого воина. Он был мелкий какой-то, но это было лучше, чем то, в чем шел я. Моя одежда не выдержала ни долгого путешествия, ни ухудшения погодных условий.

Роб нахмурился, но кивнул согласно.

— Понимаю. Что-то странное творится последнее время. Слишком похолодало, хотя не тот сезон. Да и метет часто. Небо совсем мрачное стало. Хорошо урожаи с полей убрать успели, а то боюсь настали бы очень тяжелые времена.

Смотрю настороженно. Да, вот оно. Все так.

— Да, — соглашаюсь коротко.

— Как доедем, я отведу тебя в нашу лавку, там и одежда есть. Добротные рубахи и брюки. И сапоги теплые найдем. Ничего с тебя не возьму. Это будет благодарность за помощь и конечно, ты всегда можешь обратиться ко мне с просьбой. Если что-то понадобится, постараюсь достать.

— Спасибо, — благодарю, мысленно радуясь, что не придется продавать оружие и вообще, что все так удачно сложилось. И до столицы довезут, и переночевать будет где, уверен, меня не выставят на улицу до момента поступления, и одежду новую получу по размеру, и деньги за шкуру гура будут.

А жизнь явно налаживается.

Счастливо улыбаясь, я всматривалась в темнеющее небо и слушала завывания ветра, пока телега мерно покачиваясь, везла меня к моей цели.

Когда мы добрались до первого на моем пути небольшого, но густонаселенного городка, я осознала, что вконец одичала. Я смотрела вокруг большими глазами и растерянно пыталась придумать, что делать. Роб вез нас к знакомому ему постоялому двору, чтобы снять комнаты и переночевать.

Ночевать в помещении это было бы сверх блаженства, как и получить нормальную еду. Но у меня не было денег и пока, я не придумала, как поступить. Трижды за время дороги я пыталась завести разговор на тему аванса, но замолкала, оказалось, во мне так не вовремя взыграла гордость. Я не могла просить. И потом, как я объясню, почему у меня нет денег? С одеждой вышло хоть и кривенько, но я смогла выкрутиться, возможно, Роб и не поверил моей истории, но не стал акцентировать внимания.

В городе не было такого мрака, и я могла вполне успешно рассматривать и низенькие каменные дома с деревянными крышами и маленькими окнами, и людей, закутанных в накидки, тулупы, куртки и шубы. Вариантов было много, причем как у женщин, так и у мужчин. Сейчас, сидя в телеге, закутанная в свою меховую накидку, я ничем не выделялась среди местного населения и это частично отпустило внутреннюю пружину.

Телега громко стучала по брусчатке, вибрируя и покачиваясь, а я так и не решила, что буду делать, когда мы прибудем в постоялый двор.

И вот, наконец впереди показалось трехэтажное здание, такое же, как и большинство домиков здесь, построенное из крупного отесанного кирпича. Над крышей поднимался дым, явно намекая на то, что внутри помещения отапливаются и там существенно теплее, чем на улице.