Книга Последнее тепло - во мне, страница 169 – Лина Таб

Зато просыпаюсь я от стука в дверь.

Чувствую, как рядом начинает шевелиться муж.

— Господин Тиззо, — за дверью звучит голос его секретаря, — заберите письмо, на нем пометка очень срочно.

Я сонно промаргиваюсь чувствуя, как по телу пробегает холодок. Срочные письма всегда вносят смуту и беспокойство.

Подтягиваю одеяло повыше, хотя на мне рубашка, а муж, как был в брюках, идет к двери.

Секретаря я не вижу, зато отмечаю по небу за окном, что уже давно утро. Неужели вместе со мной и Анор решил выспаться? Греет подобная мысль.

Муж возвращается ко мне, усаживаясь на диван. Взгляд задумчивый.

Вижу оттиск на письме, означающий, что письмо от Нормана. Что-то случилось?

Муж, как уже делал это всегда, отдает письмо мне и пока я вскрываю его, встает, начиная одеваться.

Пробегаюсь по строчкам и чем дальше читаю, тем сильнее холодеют мои пальцы.

— Этого не может быть… — шепчу неверяще, поднимая на хмурящегося мужа ошарашенный взгляд.

— Что там?

— Норман сообщает, — сглатываю нервно, в крови бегает адреналин, а тело потряхивает, что вся сеть заговора раскрыта, все задержаны или убиты.

— Но не это тебя шокировало, — не спрашивает, утверждает, цепко следя за моими эмоциями.

— Его жена, Эвайла, мертва, — шепчу, все еще будучи шокированной.

Закусываю с силой губу и смотрю на мужа.

Ни единый мускул не дрогнул, он даже в лице не изменился, вот только от него повеяло той самой мрачностью, тяжелой и давящей. Почему-то я уверена, что он сейчас думает о нашем разговоре и о том, как потерял свою невесту. Ведь Норман сейчас оказался в той же ситуации. Уязвимый, это был удар по слабому месту, по любимой жене.

— Норман просит нас прибыть как можно скорее, есть что обсудить, но не в письме. Завтра утром состоится совет.

Анор кивает и взяв мою одежу, опускает на диван около меня.

— Одевайся, Селла, не будем терять время, — звучит хмуро и муж собирается отвернуться, но я успеваю схватить его за руку.

Повернув голову, муж вопросительно вздергивает бровь.

— Ты не сделаешь этого, Анор, — цежу холодно, — ты не станешь снова отстраняться от меня только потому, что кто-то попал в ту самую ситуацию, о которой мы с тобой говорили. Повторю, мы уже есть, этого не изменить.

Анор сужает глаза, все еще всматриваясь в мое лицо.

— Не делай мне больно уже сейчас, Анор, — горю уже мягче и тише, смещаю руку, сплетая наши пальцы.

Муж еще некоторое время смотрит на меня безотрывно, без эмоций, но уверена, в голове у него идет просчет вариантов.

И когда, он что-то для себя решает, то разворачивается всем телом ко мне, чуть смягчившись лицом и склонившись ко мне, оставляет скромный поцелуй на губах, а отстранившись совсем немного, гладит мою щеку большим пальцем.

— Не буду, не волнуйся, между нами все по-прежнему. Прости, что заставил усомниться, этого больше не повторится, — голос мужа и в самом деле, пусть и немного, но мягче обычного и от этого, я успокаиваюсь.

Улыбнувшись, я все-таки встаю и быстро начинаю одеваться.

Уже через час мы выезжаем за пределы академии. Как оказалось, вместе с письмом Норман прислал несколько десятков стражи для нашего сопровождения. Страхуется? Или недоговаривает? Мне было неизвестно.

Марко, хоть уже далеко не сонный, управлял своим ферзом исключительно на автомате. Новость о брате стала для него шоком. Я видела, он переживал за него.