Книга Как выжить в Империи записки барышни-фабрикантки, страница 114 – Виктория Богачева

Весь путь до новой квартиры я просидела в экипаже как на иголках, мечтая, чтобы мы поскорее доехали. В прихожую буквально влетела и сходу набросилась на Глафиру, напугав её взбудораженным видом и громким голосом.

— Где коробки со всеми визитками, которые мы забрали из старой квартиры? — спросила я, чувствуя, как дрожат руки.

— Барыня, вы чего как полоумная? — та захлопала глазами, и пришлось топнуть ногой, чтобы Глафира стала расторопнее.

— Немедленно отыщи!

Руки тряслись, и потому, когда обиженно сопящая Глаша принесла коробку, перебирала я визитки невероятно долго. Наконец, на самом дне отыскала скромный прямоугольник без вензелей и украшений и похолодела.

« Жду встречи. Твой Б.».— значилось на нём.

Ещё очень давно Глафира сказала, накануне смерти Вера ходила на встречу с человеком, оставившим эту самую карточку.

Б — это брат?

Или Борис?..

Князь Урусов.

— ... совсем меня не слушаешь…

Жалоба матери выдернула меня из глубокой задумчивости.

Избежать этого визита не было никакой возможности, вдовствующая княгиня Урусова отмечала свои именины, и я, как старший сын, обязан был присутствовать.

С невестой.

Лилиана щебетала и щебетала, сидя по правую руку от меня. Улыбалась гостям, болтала с матушкой, приветливо что-то говорила моей сестре. Лучилась довольством, иными словами. Это было второе наше совместное появление в свете за весь год, первое состоялось в Дворянском собрании, куда я был вынужден взять невесту, чтобы иметь возможность помочь Вере.

А на именины она получила от моей матери отдельное приглашение. Но я ждал, что она явится, и потому не удивился, увидев невесту выходящей из экипажа.

— Я слушаю, — подавив усталость и раздражение, я повернулся к матери.

За огромным столом собралось с два десятка гостей, в большинстве — её старинные подруги и несколько сослуживцев отца, давно вышедших на пенсию. Кроме них лишь сестра с мужем и старшим сыном и я с невестой.

Мать смотрела на меня с укором, с которым я настолько сроднился, что уже и не представлял её взгляд, обращённый на меня, без него.

— Иван слишком занят на службе в последнее время, — прощебетала Лилиана и уже собралась покровительственно положить ладонь мне на локоть, но вовремя перехватила мой взгляд и притворилась, что просто взмахнула рукой.

— Да? — матушка поджала губы. — До сих пор не понимаю, зачем тебе это нужно, Иван. Совсем не подходящее князю Урусову занятие.

— Вы повторяете это уже почти пятнадцать лет, — любезно улыбнулась я.

В глазах матери вспыхнуло недовольство. Я же залпом осушил полный бокал, и недовольство усилилось.

Прекрасно.

Повиновавшись моему жесту, лакей вновь наполнил бокал до краёв, и я сделал большой глоток.

Это поможет пережить вечер.

— В моё время мы не смели так говорить с родителями, — смерив меня прищуренным взглядом, мать обратилась к соседке по столу: княгине Шереметьевой.

— Это правда, — вздохнула та и покачала головой. — Но в такие уж времена мы живём.

— Именно так, моя дорогая, именно так, — покивала матушка. — Подумать только: сын и глава семьи ходит на службу каждый день, словно какой-то прапорщик! Уму непостижимо.

Я бы осушил ещё один бокал на глазах у них, но не хотел терять над собой контроль. Потому пришлось вежливо оскалиться и отвернуться сразу от всех: матери, её подруги и Лилианы.