Книга Оранжевое Лето, страница 52 – Валерия Стругова

Почему он так улыбается мне, когда рядом сидит девушка, которая явно ему небезразлична? И эта улыбка такая неестественная

, словно

он пытается что-то скрыть или играет какую-то роль.

Поймав себя на этой мысли, я быстро посмотрела на Киру. Подруга глядела на нас, сжав губы и сузив глаза.

— Ого, это так предусмотрительно, правда? — воскликнула она с сарказмом. — Кай, а ты очень внимательный!

Его пронзительно-синие глаза буравили меня в упор, и дискомфорт нарастал с каждой секундой.

— У тебя что-то вот здесь, — проговорил Кай, показывая на свои губы.

Я инстинктивно потянулась, чтобы стереть это «что-то» со своего лица. Однако не успела дотронуться, как Кай провёл большим пальцем по моим губам, стирая то, что он там увидел.

Резко отпрянув назад, я снова посмотрела на Киру и была поражена. Подруга больше не ела. Она откинулась на спинку стула и с интересом смотрела то на меня, то на Кая. Её взгляд не предвещал ничего хорошего.

Внезапно внимание девушки переключилось на вход, и она прикрыла рот рукой.

Я последовала её примеру и тоже посмотрела в ту же сторону. У входа стоял Валтер. Он следил за Каем, не моргая, и было видно, как он сжал зубы.

Черноволосый Новак медленно обернулся к брату, и его лицо мгновенно изменилось. Валтер поднял руку и показал указательный палец — словно отсчитывал что-то. Затем одними губами произнёс лишь одно слово, но этого хватило, чтобы Кай побледнел до неестественной белизны, словно вся кровь разом отлила от лица. Его уверенность испарилась, как дым, а синие глаза метались от брата ко мне и обратно.

В этой обстановке мне становилось всё более и более нехорошо. Я ничего не понимала. Прежде, мне не доводилось быть в подобной ситуации и я пыталась поймать, что делать.

— Пожалуй, вернусь к работе, — мой голос был похож на писк.

Я медленно встала и на ватных ногах направилась к мусорному ведру, чтобы выбросить остатки еды и одноразовый контейнер. После чего так же медленно прошла мимо Валтера, который просто продолжал сверлить взглядом брата.

Добравшись до рабочего места, я быстро упаковала ноутбук в сумку и вышла из офиса. Больше всего на свете хотелось доработать остаток дня дома — а возможно, и всю оставшуюся жизнь. По пути я написала Кире, что плохо себя чувствую. Это было правдой.

Лишь дома я обнаружила, что всё это время крепко сжимала в руках белый свитшот.

Я сидела в своей комнате, пытаясь сосредоточиться на четвёртой серии аниме, которые обычно успокаивали меня. Но на самом деле вся обратилась в слух, надеясь услышать звук открывающейся двери.

Кира уже пару часов назад должна была прийти домой, но её всё не было. Позвонить после той сцены на кухне я не решалась. К тому же я сбежала, как последняя трусиха. Что случилось с девушкой, «созданной для критических ситуаций»? Почему всё, что касается Новаков, выбивает меня из колеи?

Спустя час зарождающаяся простуда окончательно скосила меня. Голова раскалывалась, в горле першило, и я провалилась в беспокойный сон.

Очнувшись от ледяного прикосновения ко лбу, я попыталась подняться, но тело не слушалось.

— Нет-нет, лежи, — скомандовала Кира. — У тебя жар. Как ты вообще добралась до дома? Бедняжка.

Странно, холодного компресса на лбу не было.

— Мне стало плохо, — простонала я.