Книга Оранжевое Лето, страница 13 – Валерия Стругова

— Разве мужчина не должен быть чуть красивее обезьяны? — ехидно пробормотала я себе под нос, демонстративно обходя их и направляясь к входу.

Парни мгновенно повернули головы в мою сторону — явно узнали коллегу по офису. От этого внимания щёки предательски вспыхнули, и я поспешно скрылась за автоматическими дверями супермаркета.

Внутри меня окутала привычная прохлада кондиционеров и многоголосица покупателей. Просторные ряды с товарами простирались во все стороны — здесь можно было затеряться и успокоиться. Всё вокруг пестрило греческими надписями, превращая обычный поход за продуктами в маленькое приключение.

Идеальное место, чтобы переключиться и забыть о неловкой встрече у входа.

Кира попросила захватить кукурузный крахмал, а я понятия не имела, как это будет на греческом, поэтому пришлось дважды обойти отдел с товарами для выпечки. В какой-то момент я снова застряла в отделе с мукой.

И зачем ей вообще это кукурузное нечто? Что из него, собственно, готовят? Извращение какое-то. Картофельный крахмал ещё куда ни шло — дед частенько варил из него кисель. Правда, воспоминания об этом «лакомстве» до сих пор вызывают содрогание.

— Нужна помощь? — бархатный голос прозвучал так неожиданно, что я буквально подпрыгнула на месте.

Повернув голову, я столкнулась с глазами цвета оранжевого лета. Прямо за мной стоял этот рыжий красавчик. Не хотелось даже мысленно произносить его имя. Казалось, если сделаю это, обрушится лавина, которую мне не под силу будет остановить.

— Я... я ищу кукурузный крахмал, — голос сорвался на первом же слове, превратившись в жалкий писк.

Браво, Ия. Просто великолепно!

— Здесь только кукурузная мука. Тебе в другой отдел, — он одарил меня улыбкой, от которой мир перевернулся с ног на голову.

Это рай?

Сердце рванулось к горлу, угрожая выпрыгнуть наружу.

Это какой-то абсурд! Надо срочно взять себя в руки. Слишком неловко.

Я постаралась улыбнуться в ответ.

Н

адеюсь, получилось.

А чего это он такой вежливый? Моя подруга была расстроена после знакомства с ними.

Ещё недавно я была уверена, что при встрече всё выскажу братьям за это, а сейчас не могу даже мысли связать друг с другом.

Ладно, обязательно разберусь с этим в следующий раз.

В следующий раз... Будто он будет, этот следующий раз...

— В тот?

Я нервно махнула в сторону соседнего отдела с приправами, и мой мизинец случайно скользнул по его руке, которую он как раз протягивал к пакетику разрыхлителя. Как обычно, он был в чёрных перчатках, но когда рукав толстовки задрался вверх, обнажился крошечный участок кожи между перчаткой и тканью.

И вот в этот миллиметровый промежуток я умудрилась попасть.

Реакция была мгновенной и пугающей. Его рука застыла в воздухе. Улыбка стекла с лица. Тёмно-рыжие брови грозно сошлись на переносице, превращая идеальные черты в маску холодного недовольства.

Медленно, с какой-то хищной грацией, он повернул голову в мою сторону. Янтарные глаза впились в меня взглядом, полным недоумения.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга в напряжённой тишине. Затем он резко встряхнул головой, будто стряхивая морок, но былая улыбка так и не вернулась на его лицо.

— В соседнем отделе справа, рядом с картофельным крахмалом, на упаковке нарисована кукуруза, — прочеканив слова, он быстро развернулся, и направился к выходу.