Книга На краю одиночества. Земля, страница 24 – Ева Бран

— О, Ева.

А вот и тренер собственной персоной.

— Ещё по пятёрочке за характер, терпеливость и упёртость.

— Да я так скоро до сотни добью. Загоржусь и перестану с вами разговаривать.

— Язвочка, — очень тихо, чтобы услышала только я, прошептал Раф.

У меня от его интонации и взгляда побежали предательские мурашки по всему телу.

— Сегодня Раф так надо мной не издевался. Но всё равно, мне было ужасно плохо. Нормально не могла ни провести атаку, ни исполнить блок.

Ноги не гнулись, руки не поднимались, а спина, та вообще, была словно каменная. В очередной раз, отхватив от напарника оплеуху и скривившись от боли, услышала голос тренера.

— Всё, Ева. На скамейку. Не могу больше это видеть.

Было стыдно, обидно и разбирала злость на саму себя за глупость и недальновидность. Но в тот момент, когда мне было приказано идти отдыхать, я испытала облегчение. Наконец-то, можно не шевелиться! Села, расслабилась и прикрыла глаза, наслаждаясь тем, что тело не кричит о том, чтобы от него отстали. Так я и лежала в полудреме до конца общего занятия. Как только прозвучал сигнал о завершении тренировки, встала и сморщившись, потопала на выход со всеми.

— Ева. Я вас не отпускал. Останьтесь.

Внутренне вся сжалась от противоречивых чувств. Опять испытывать себя на прочность, оставаясь с Рафом наедине. И в то же время, мне было… Приятно? Приятно, что он меня выделяет среди других. И мне хотелось побыть с ним наедине. Чёрт!

Услышала, как за спиной перешептываются девушки. И самое безобидное было: "Сейчас ей влетит за запоротую тренировку!"

Меня невзлюбили. Ну, просто прекрасно… А причина — повышенное внимание к моей персоне одного рыжего нахала. Подождала, когда за последним учеником закроется дверь и медленно повернулась к парню лицом.

— Ну что, довольна?

— Вы о чём?

— Наедине можешь мне не выкать, птичка.

— Вон оно как? — я тянула время. Мне было страшно думать, зачем он меня оставил. Я помнила прошлый раз и боялась реакции своего организма на этого красноволосого.

— Я тебе говорил, что ты опрометчиво ведёшь себя в спортзале?

— Поздно сказал.

— Возможно, мой косяк в твоем нынешнем плачевном положении тоже есть. Поэтому ложись.

Я непроизвольно сделала два шага назад.

— Зачем это?

— Лечить тебя буду, глупая, — в интонации парня я услышала смех.

— Не надо. Само пройдёт.

— Как знаешь. Но завтра будет раза в три хуже.

— Не может этого быть. Мне настолько пакостно, что хуже уже некуда.

— Рыжуля, поверь мне, так и будет. Я в этом разбираюсь.

Перспектива ухудшения состояния совсем не радовала. Я и так еле ползала.

— Ладно. Что надо делать?

— Лежать смирно и не дёргаться.

— А что будешь делать ты?

— Лечить, — нагло улыбнулись мне.

Захотелось его чем-нибудь огреть. Но всё же, я подошла к ближайшей скамье и легла.

— Лицом вниз ложись.

Скривилась, но послушно перевернулась, положив руки под голову. Раф, перекинув через меня одну ногу, разместился по ощущениям в районе моих бёдер. Я тут же залилась краской. Пикантно, ничего не скажешь.

Затем парень опёрся коленом сбоку моего бедра и навис всем телом надо мной. Совсем близко. Меня ещё и в жар бросило.

— Чего ты ерзаешь? Лежи спокойно.

С этими словами, Раф положил мне руки на плечи. И, несмотря на то, что градус моего тела был сейчас высоким, я ощутила жар его ладоней. Он плавно повёл руками вдоль позвоночника, вызывая батальон мурашек и распространяя приятное тепло. Прикосновения были лёгкими, скользящими и боли я не ощущала, скорее, наоборот — в местах, где ладони парня прикасались к телу, становилось сначала тепло, а потом боль отступала.