Книга Изначальные, страница 104 – Светлана Малеёнок

— Мы живем одной семьей, три совершенно разные расы, - выговаривал ему Куул, телепатически. И не было никакой возможности закрыть уши и не слушать. – Если ты не доверяешь кому-то одному из нас, это значит, не доверяешь всем.

— Вы не понимаете! – попробовал он спорить вслух, будучи уверенным, что то, что Куул говорил ему, слышали и все остальные. – На планету прилетела враждебная раса. Та, которая или подчиняет или убивает, третьего не дано! Если вы нам не поможете, то мы все погибнем! Погибнет вся планета!

— Вот видишь, - тот же шепот в голове, - это вам нужна наша помощь, а не наоборот.

— Они вас тоже уничтожат! Рептилоиды стерилизуют захваченные планеты, – горько усмехнулся Дориан.

— У вас без нас тоже мало шансов, - прошелестело в ответ. - У аборигенов Земли, говорят: «Одна голова хорошо, а две – лучше». А у нас три головы! Я это к тому, что мы, - три различные расы, у которых есть свои особенности, умения, и мы по-разному мыслим. А это значит, мы сможем с разных сторон рассмотреть возникшую проблему и решить ее. А у вас, не смотря на очень продвинутую науку и медицину, закостенелое и узконаправленное мышление. Если враг, то его непременно нужно уничтожить! – траатонец пристально посмотрел в глаза командору, и тихо спросил, - а если не уничтожать, а сделать другом?

— Рептилоиды ни с кем не дружат.

— Тогда всем вместе, у нас будет больше шансов с ними справиться.

На некоторое время, и в доме и в голове у Дориана, повисло молчание, словно давая возможность осмыслить сказанное.

Затем, траатонец повернулся к Аскалону.

— Подойди к нам, пожалуйста.

Выживальщик легко спрыгнул с довольно высокой кровати, и легким шагом подошел к командору и остальным. Раненый также был без комбинезона, щеголяя в небольшой набедренной повязке, да широких бинтах, опутывающих его торс и живот.

— Когда мне, наконец, снимут эти повязки? – обратился он к Куулу, явно выделяя среди прочих.

— Сейчас, - послышалось в ответ. И, тот час, к Аскалону потянулись гуттаперчевые руки траатонца с четырьмя длинными пальцами, и принялись ловко разматывать бинты.

Минута, и ошарашенному взору командора, предстал практически здоровый живот товарища. Хотя, почему, «почти»? На месте страшных обломков рогов животного, виднелись тончайшие, словно нити, светло розовые рубцы.

— Этого не может быть! Комбинезон?

— Нет, - ответил Аскалон. – С меня его сняли, а вернее, срезали, еще в лесу. Да и к тому же, ты сам знаешь, что такая быстрая регенерация, возможна только в медкапсуле шаттла.

— Как? – с трудом выдавил из себя Дориан. – Ведь прошло меньше суток с момента операции!

Рядом послышался тихий смех.

— Меньше половины суток, если точнее, - поправил Катран. Он тоже ошарашенным взглядом смотрел на полностью выздоровевшего товарища. – Наши не поверят!

— Как? – повторил Дориан и посмотрел на Куула, но ему ответил Варм.

— Ты как-то спрашивал, на какое это дежурство привозят сюда шадорцев. Я тогда не стал отвечать, думал, что будешь у нас все осматривать, и это тоже увидишь. Шадорцы нас лечат.

— Не понимаю! – взгляд командора, блуждал по лицам людей и траатонца, словно ожидая, что кто-то из них не удержит улыбки и засмеется неудачной шутке. Но нет, все были серьезны, даже его помощник.

— Катран! А ты что молчишь? О чем они говорят? Как шадорцы могут лечить? Они всегда убивали, выпивая у жертв, всю кровь.