Книга Многоликий Янус, страница 279 – Светлана Малеёнок

— Мне надо!

К счастью, объяснять не пришлось. Мужчина досадливо поморщился и бросил:

— Давай помогу подняться.

Доковыляв с его помощью до двери, дождалась, пока он ее откроет. А дальше, Иван довел меня до ближайших кустов и, отвернувшись, бросил:

— Я жду.

Он отошел от меня на несколько шагов и замер.

А я, с горем пополам, сделав по-быстрому свои дела, подумала, что даже если бы мне сейчас представилась возможность бежать, я бы не смогла самостоятельно и десяти шагов сделать. Кровообращение в конечностях вроде бы и восстановилось, но боль еще не прошла, и, откровенно пугали фиолетовые отметины от веревок.

— Все! – буркнула я, и медленно заковыляла к дому.

Иван обернулся и, подхватив меня за талию, чуть ли не понес на руках. Я сначала хотела было гордо отказаться от его помощи, но вовремя промелькнула мысль, что если я буду слаба, то возможно, нам придется задержаться в этом доме и у меня появится шанс сбежать. Как именно, я еще не придумала, но чувствовала, что вот-вот ухвачу ускользающую мысль.

В доме, Иван хотел снова уложить меня в постель, но я отказалась, сказав, что уже достаточно належалась и хотела бы просто посидеть. На что он милостиво согласился и, усадив меня за стол, растопил печь и отправился на источник за водой.

Оставшись одна, я огляделась, пытаясь придумать способ, благодаря которому, мне удастся снова стать свободной. Взгляд зацепился за пучки трав, висевшие на веревке у печи. Доковыляв до них, понюхала. Моих скудных познаний о растениях, вполне хватило, чтобы понять, что среди них точно есть, мята, душица и чабрец.

Травы. Что-то забрезжило в моем мозгу, и тут, я вспомнила про пакетик травы, которую дал мне сам Иван, выдавая ее за махорку. А потом, как он признался, что подсунул мне остатки сон-травы, которой усыпил гвардейцев императора. И это, был мой шанс!

Трясущимися руками, ожидая, что мужчина вот-вот вернется, я достала из кармана брюк тканевый мешочек, и высыпала все его содержимое в глиняный чайник. И успела вовремя! Едва я успела, опустевший мешочек сунуть в карман брюк, как вернулся Иван.

Окинув меня подозрительным взглядом, словно ожидал от меня какой-либо пакости, он пробежался глазами по обстановке дома, проверяя, все ли на месте.

Я же, изо всех сил старалась придать лицу безразличное апатичное выражение, словно показывая, насколько я прониклась его угрозой и почти смирилась со своим положением.

Иван, вылил воду в котелок и засунул его в печь. Я же, помня, что чая мне не пить, попросила его, дать мне воды. Напившись вволю, вспомнила, как мучилась после побега из «Охотничьего домика», целые сутки от жажды. Мой взгляд скользнул по фигуре псаря, но той самой пузатой фляжки, из которой он меня поил в лесу, при нем не было, значит, она в его вещах.

А тем временем, Иван, поставив кипятить воду, принялся готовить простой завтрак. Достав из котомки сало и хлеб, нарезал их крупными ломтями, а затем, взял в руки заварочный чайник. Мое сердце гулко забилось в районе горла, а во рту, пересохло. Я испугалась, что он сейчас его помоет и мой план сорвется! Но, мне повело! Иван придвинул чайник к себе, и, отломив от нескольких пучков сушеных трав по веточке, закинул их в чайник.

Завтрак прошел как в тумане, я механически жевала, почти не чувствуя вкуса и с волнением ожидала, когда Иван нальет себе чай. Я не знала, обладает ли эта, сон-трава, каким-либо особым вкусом и боялась, что мужчина, зная ее, почувствует знакомый привкус в травяном сборе.