Книга Многоликий Янус, страница 182 – Светлана Малеёнок

____________________________________

[1] Епанча – у мужчин: широкий, тяжелый, безрукавный круглый плащ с капюшоном.

[2] Людская — помещение, предназначенное для дворни, слуг при барском, помещичьем доме.

[3] Зау́трок — завтрак

Я закрыла дверь и прислонилась к ее косяку, приходя в себя. Ноги до сих пор дрожали, и я не уверена, что это только от лазанья по стремянке. Столь сильной эмоциональной встряски, у меня уже давно не было и последний раз, пожалуй, это случилось в мое пробуждение в новом теле. И сейчас мне очень хотелось остаться одной, проанализировать встречу с моим «мужем» и решить, как вести себя дальше. А пока, я открыла глаза и встретилась с восхищенным взглядом этой, навязанной мне девушки. И что мне с ней делать?

— Вы такая красавица! – прошептала моя худенькая проблема.

— Говоришь, тебя Марфа, зовут? – проговорила я в ответ, никак, не реагируя на комплимент, который ко мне никак не относился.

Девушка кивнула. В ее глазах появилась тревожное ожидание.

Я же, окинула ее фигуру взглядом и обратила внимание на острый подбородок девушки и сильно выпирающие ключицы. Да, уж, полагаю, что все остальное тело, у нее такое же худое, одежда висит на ней, как на швабре. Видимо, бедняжка долго недоедала. Сразу все мои надуманные беды, как-то померкли перед желанием позаботиться о девчушке. Ведь она даже младше моей дочери! Вспомнив о Кате, стало грустно, но я тут же взяла себя в руки и, улыбаясь, скомандовала:

— За мной! Для начала, мы тебя покормим!

По дороге на кухню, нас перехватил Тимофей.

— Уф! Хозяйка, а я за вами! Его сиятельство, попросил Глафиру накрыть поздний завтрак в столовой, а она куда-то подевалась! Я думал, она с вами!

— Нет, Тимофей, она не со мной! Ну, мало ли куда она могла отойти, ведь до обеда еще есть время!

— Это так. Но завтрак!? Я не знаю, что у нее там и где находится! Глафира всегда мне подавала все у входа на кухню! – чуть ли не заламывая от отчаяния руки, паниковал дворецкий.

— Да что вы так все усложняете!? – удивилась я. – Сейчас все сделаем! – И прибавила шагу. За мной, как два вагончика за паровозом, побежали Тимофей и Марфа.

К счастью, за мое времяпрепровождение на кухне, я уже прекрасно знала, что и где находится, поэтому, усадив девушку в уголок, принялась быстро собирать на стол. Достала из печи еще теплые блины с творогом, налила в соусник сметаны, три креманки заполнила разным вареньем и подала Тимофею.

— Сейчас чаю сделаю!

* * *

Между отцом и сыном, только что состоялся весьма странный разговор, когда Оливер, рассказав отцу об удививших его в супруге, странностях, услышал в ответ не менее удивительный рассказ о том, как Аврора на себе несла на улицу, потерявшего сознание дворецкого.

На стене гостиной тихо тикали часы, разбавляя свои звуком затянувшееся между погруженными в собственные мысли мужчинами, молчание. Наконец, Оливер произнес:

— Отец, я правильно тебя понял, что Аврора ссылалась на свою сводную сестру, которая якобы, из-за зависти навела на нее порчу, сделав злой и истеричной?

— Да, сын, именно так она мне и сказала, — усмехнувшись, ответил Винсент Райли и поднес руку к колокольчику, чтобы поторопить дворецкого с завтраком.

В этот момент, в дверь тихо постучали, и в гостиную, неся поднос с едой, вошел Тимофей.