Книга Серый Волк (не) для Красной девицы, страница 90 – Светлана Малеёнок

— Нет, тогда в лесу не запомнил. Но я недавно встретил его здесь, во дворце, когда он злой, как черт, выходил от Катарины.

— Ну и что здесь такого? — пожала я плечами, удовлетворенно выдохнув и ставя на стол пустую кружку. Катарина пока здесь обосновалась, рядом со своей теткой. Обогрета, накормлена, ну и жених сюда за ней явился. А тогда они, наверное, поссорились, мало ли что бывает, вот ты его и видел разозленным.

— Так, да не так. Я последние дни на всякий случай следил за Катариной. Просто не верилось мне, что такая амбициозная штучка…

— Кто? Какая? — я аж подалась вперед, услышав от Серого новое интересное выражение.

— Ну, по-другому, это исполненная тщеславия, своенравная девушка.

— Ух ты! Интересные в вашем мире выражения! Ладно, продолжай!

— Так вот, следил я за ней, но ничего особенного не замечал.

— А ночью ты за ней тоже… следил? — не удержалась я от ехидного вопроса, уж больно он меня волновал.

— После того случая, когда я прошелся ночью по дворцу в набедренном фартуке и белой шляпе, поползли слухи, что ночью встречали в дворцовых переходах приведение Дитриха Первого, прадеда нынешнего короля. Оказывается, он был со странностями. Мог выйти из помывочной как есть, в полуголом виде, и пойти, куда собирался. Так вот меня за него и приняли. Я не мог не воспользоваться этим, вот и ходил по коридорам, пугая встречных, а заодно подслушивая разговоры в альковах. Босиком-то я ходил совершенно беззвучно!

— Ты рисковал! Катарина тебя видела в этом… наряде! Она могла рассказать, кто это на самом деле наводит ночами страх на обитателей дворца.

— Могла, конечно, не спорю. Но пока она надеется, что я уступлю ее… притязаниям…

— Так и скажи, что домоганиям! — фыркнула я.

— Не важно. Короче, в ночные прогулки мне подслушать ничего не удалось, но, когда я как-то раз на рассвете обернулся волком и уже возвращался в наши покои, увидел Бухтояра, который выходил из комнаты Катарины. Он был зол и, обернувшись, бросил ей напоследок: «…тем лучше! Если Жозефина и есть та девушка, то ты мне теперь не нужна!»

— Что? Он упомянул меня? И что он этим хотел сказать? — внезапно мои руки похолодели, а сердце забилось быстрее.

— Я тогда не был уверен, но теперь, когда он явно к тебе пытался пробраться, ночью, тайком, цель у него совершенно не благородная! Боюсь, тебе грозит опасность.

Я замерла, буквально скованная вдруг нахлынувшим на меня страхом, а Серый продолжил:

— Но и это еще не все! Сейчас там внизу, я учуял еще один знакомый запах, от другого нехорошего человека. И это вторая плохая новость. Боюсь, Настён, мы переходим в осадное положение!

Серый

День прошел в обычных хлопотах, связанных с лечением Его Величества. Из-за того, что его привычный рацион был ему недоступен, Дитрих Четвертый был не в духе, что и не стеснялся это демонстрировать.

Но и в свете последних событий Настена тоже была не в настроении, поэтому, наплевав на чувство самосохранения, общалась с королем на повышенных тонах, втолковывая ему, словно малому ребенку, прописные истины про вред гастрономических излишеств и алкоголя для его монаршего здоровья.

На что Его Величество во всеуслышание возражал, что, дескать, смысл быть королем, если придется себя всячески ущемлять в своих желаниях. С чем, собственно, я был с ним согласен.