Книга Серый Волк (не) для Красной девицы, страница 58 – Светлана Малеёнок

— Не забывай, в таком облике я Жозефина! — несмотря на волнение, ее голос не дрожал.

— Да, конечно, ты права! — мне хотелось в качестве поддержки взять ее за руку или приобнять за плечи, но слишком уж хорошо она навострилась лепить из себя старушенцию, очень правдоподобно. Так что аж не по себе делалось, глядя на нее.

Девушка в облике Жозефины кивнула и, глубоко вдохнув, опустила лицо в ведро с водой. Всего пара секунд, и она выпрямилась, тряся головой и разбрызгивая вокруг холодные капли.

— Не мало подержала?

— Нет, в самый раз, а то слишком быстро стечет.

— Тебе видней. Ну, я побежал! — с этими словами я распахнул окно, выходившее на бывший курятник, вылез наружу и осторожно, буквально вжимаясь в стену, обошел дом, стремительно скрывшись в лесу.

Я быстро и практически бесшумно несся среди деревьев, делая довольно большой крюк и обходя прибывших по дуге. Наконец я остановился и тихо прокрался к передней линии деревьев, что росли по периметру поляны. Таким образом, мне было прекрасно видно и крыльцо, и незваных гостей.

После быстрого бега сердце гулко билось о ребра. Я постарался успокоить свое дыхание, чтобы не пропустить ни слова из предстоящего разговора.

Скрипнула дверь, и на крыльцо, медленно покачиваясь из стороны в сторону, вышла старуха. Ее голова была опущена, а седые космы ниспадали на грудь, словно старая, покрытая пылью паутина. Всадники замерли, не доехав до крыльца метров десять. Этого должно быть вполне достаточно, чтобы все хорошо разглядеть. Мужчины остановились, но один из них, по всей видимости, самый старший, выехал чуть вперед, собираясь что-то сказать хозяйке дома.

Но в это мгновение Жозефина подняла голову. Мужчины с испугом охнули и сильно натянули поводья, отчего лошади недовольно заржали и загарцевали, выбрасывая из-под копыт комья грязи.

И было чего испугаться! У стоявшей на крыльце старухи кожа буквально сползала с лица, отчего его черты гротескно менялись, превращаясь в жуткое подобие белесой лужи с глазами.

Едва оторвав взгляд от этого кошмарного зрелища, я посмотрел на незваных гостей. Но, как ни странно, они не дрогнули и с криками ужаса не ретировались куда подальше, а спокойно стояли на месте.

Зато их главный, достав из-за пазухи какой-то сверток с болтавшейся на веревочке сургучовой печатью, развернул его и, прочистив горло, важно принялся читать. Еще не совсем рассвело, так что, видимо, этот чей-то посланец говорил текст по памяти.

— Уважаемая мистрис Жозефина Стоцкая! Его Королевское Величество Дитрих Четвертый просит вас наисрочнейшим образом прибыть во дворец!

Я, уже приготовившийся было к пространной витиеватой речи, под которую впору уснуть, удивленно поднял брови, так как речь слишком быстро подошла к концу. На поляне воцарилась настороженная тишина.

Гонец, по всей видимости, ожидал ответа ведьмы. А сама ведьма, ясное дело, хоть каких-то объяснений. Я тоже горел желанием их услышать. И хотя эта делегация не собиралась покушаться на саму Жозефину или на ее недвижимость, хотелось бы знать причину, по которой ее просят прибыть во дворец! Хотя да, ключевое слово здесь именно «просят», что не могло не радовать.

Стоявшая на крыльце «старуха», наконец, отмерла и, сдвинув в сторону, практически закрывшую ей рот правую щеку, поинтересовалась: