Книга Серый Волк (не) для Красной девицы, страница 32 – Светлана Малеёнок

Я посмотрел на девушку. Она, подвесив за задние лапы освежеванную заячью тушку, ловко потрошила ее. Я удивленно завис.

— Жози, я чего-то не понимаю, или в твоем королевстве принцесс и этому учат?

— Жизнь учит! Есть захочешь, всему быстро научишься! — девушка усмехнулась, не прерывая своего занятия.

«Жить захочешь, еще не так раскорячишься», — пробормотал я себе под нос, вдруг вспомнив о еще одном важном деле.

Убедившись, что девушка занята, я быстро вернулся в дом и, оглядев все закоулки, обнаружил в нише, за занавеской, стопку вещей. Они пахли мужиком! Чуть ли не взвизгнув от радости, я тронул их лапой, и на пол свалилось что-то темно-серое, напоминающее рубашку.

В этот момент вернулась Жозефина, неся разделанную тушку зайца. Я ухватил зубами первую попавшуюся вещь и выскользнул на улицу. С довольным видом затянув свой трофей в будку, как мог, расправил его лапами и зубами. Это действительно оказалось некое подобие мужской безрукавки. Я поморщился, прикид комплектации а-ля «без штанов, но в шляпе» меня вовсе не устраивал. Нужно было добыть и нижнюю часть гардероба, но это чуть позже, у меня оставалось еще одно важное дело.

Смекнув, что раз в доме есть мужские вещи, то мужчина здесь точно жил. А значит, где-то да должны быть инструменты! Мне нужно было найти что-то вроде монтировки.

Во второй части сарая, за шаткой перегородкой, я обнаружил грубые инструменты для обработки земли, изготовленные, к счастью, из металла. Нашлась и штуковина непонятного предназначения, которая вполне подходила для отведенной ей роли.

Подхватив ее зубами, положил позади будки и вернулся в дом. По комнате уже плыл восхитительный аромат запеченной зайчатины. У печи, довольно ворча, доедала зайца волчица, ее новорожденные малыши, зарывшись в мягкую перину, сладко спали. Из-за занавески вышла Жозефина. Девушка переоделась в подходящую ей по размеру одежду, наконец, убрав эти ужасные, уродующие ее фигуру объемные накладки. Заглянув под крышку котелка, помешала наш ужин ложкой.

— Ну, Серый, давай, не томи! Рассказывай, что было в той бумаге? А лучше, покажи-ка ты мне ее. Я сама почитаю, — девушка устало опустилась на скамейку и сладко потянулась, а я нервно сглотнул, только сейчас заметив, что фигура у нее что ни на есть женственная, с тонкой талией и округлостями там, где нужно. — Что молчишь?

— Ах да! Показать пока не могу, она осталась в пещере семейства Серого. Спешили мы тебя спасать, но, как понимаешь, в моей шкуре карманов нет, так что не обессудь! Зато целее будет в волчьей пещере! А то кто только здесь не шляется. Но написано в документе о том, что этот дом и пятьдесят акров леса принадлежат эйру Вильгельму Стоцкому, лесничему его королевского величества!

— И все?

— И все. Думаю, что как раз за лесными угодьями и идет охота, так как сам дом мало чего стоит.

— Согласна. — Жозефина задумчиво взъерошила свои короткие волосы и подняла на меня взгляд. — Выходит, Катарине не терпится заполучить наследство, вот она и пытается извести меня, то есть свою бабку, любыми путями. — Она поднялась с лавки и с помощью ухвата достала из печи глиняный горшок с нашим ужином. Мой желудок тут же откликнулся радостным троекратным «уррра»!

Затем мы, молча и с аппетитом ели зайчатину, тушеную с луком, морковью и сметаной.