Книга По моему хотению, страница 139 – Светлана Малеёнок

Упс! А приодеть-то дома мы его забыли!

— Ты уж извини, но одену тебя на свой вкус! — предупредила я его. — В любой момент может кто-то пойти. Через пару секунд мужчина уже стоял в черных джинсах, футболке и кроссовках. — Лео, тебе четырех часов хватит?

— Вполне! — кивнул он.

— Сейчас одиннадцать двадцать. Ну давай здесь же, в четырнадцать тридцать!

— Хорошо!

Выйдя из подъезда, я чуть не столкнулась с черноволосой красоткой знакомой наружности. Узнавание пришло на секунду позже, чем нужно, и я не успела отвернуться, как девушка меня окликнула:

— Матвеева! Опять ты, что ли? На учебу или на подработку? Хотя… классный у тебя комбез! Колись, где отхватила? Я такой видела на показе мод в Милане.

— Привет, Марин! — Ну и я там же заодно и прикупила сразу.

— Да ладно тебе заливать! — нервно хмыкнула моя одноклассница. — Даже мой Вовчик зажал мне всего парочку тысяч баксов на самую дешевую шмотку коллекции!

Только сейчас я заметила всуе упомянутого Вовчика, которого видела вместе с Таракановой как раз в тот день, когда впервые встретила Лео в образе кобеля.

«Папик» Маринки был все в той же ковбойской шляпе, что уже, если честно, смотрелось смешно. Несмотря на его спортивную фигуру, вблизи мужчина выглядел значительно старше и вполне годился нам с Маринкой в отцы, что ее явно совсем не волновало.

Одет Вовчик был довольно стильно, чего стоили одни зауженные фиолетовые брюки и явно по последней моде укороченные. А в купе с отсутствием носков и начищенными черными туфлями на босу ногу смотрелись как с чужого плеча. Верх одежды тоже выглядел довольно живописно и опять же по последней моде многослойно. Бутылочного цвета рубашка с длинным рукавом, сверху белая футболка с разодранной горловиной и надписью «Порву как грелку», а на ней еще и черный кожаный жилет нараспашку.

Мои брови, взлетев вверх, с трудом вернулись на свое законное место, и я поняла, что теперь я видела всё! Маринкино обтягивающее, словно вторая кожа, канареечного цвета платье уже не могло меня впечатлить больше, чем лук ее кавалера.

Пока я оглядывала одноклассницу, та также разглядывала меня. От ее цепкого взгляда явно не ускользнули ни мои бежевые босоножки из кожи страуса, ни такая же сумочка. Недовольно поджав губы, она процедила:

— Щедрый тебе «папик» достался! И что же он тогда тебе нормальную квартиру не снимет?

— А мне это не нужно, — пожала я плечами. — И у меня нет «папика». Мне от настоящего отца наследство досталось, и живу я сейчас в его особняке за городом.

— И где же это? — Цвет лица моей одноклассницы медленно, но верно приближался к оттенку молодой травы, что довольно хорошо гармонировало с цветом ее платья.

— Это в сосновом бору, улица Солнечная.

— Да ну, брешешь! — чуть не подпрыгнула Тараканова, а ее лицо вкупе с ее смоляными волосами напомнило Панночку после восстания из гроба! Такое же хищное, с безумно выпученными глазами. — Я там всех знаю! Между прочим, там в доме девять мы с Вовчиком живем!

— А я в седьмом, — пожала я плечами.

— Да ладно! Брешешь! И чей же это дом?

— Павлова Бориса Павловича, — спокойно ответила я, уже сильно жалея, что вообще вступила в этот спор. А я еще думала, что это только мужчины любят… иськами меряться! И кто меня за язык тянул!? Теперь же в гости будет напрашиваться. И как в воду глядела!