Книга Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха, страница 77 – Светлана Малеёнок

Я обратила внимание, что барышни были одеты ничуть не скромнее и не проще, чем во дворце. Вот только у них не было высоких причесок и белил на лице, что, по совести говоря, делало их только лучше.

Сначала император отвечал принцессам, словно бы нехотя, лишь растягивая губы в вежливой улыбке. Но затем он явно оживился и стал больше уделять внимания Сирене. Ну что ж, вполне ожидаемо. Он же говорил, что ему нужна красивая кукла, вот, собственно, он ее и нашел! И все же сердце сжалось в болезненном спазме.

— Гелия! А штой-то император ш Ширеной флиртует, а на тебя и не шмотрит? — зашипела мне в ухо, Алексена, — што шлучилошь в поеждке?

— Потом расскажу, — шепнула я ей на ухо и покосилась на Резетту.

Монобровая красавица, нахмурившись больше обычного, тоже удивленно косилась на императора и заливавшуюся соловьем кареглазую красавицу. Пышный бюст которой, едва не вываливался в тарелку с тушеным картофелем, но она этого словно не замечала.

Мы уже давно поели, но были вынуждены ждать сигнала императора к окончанию трапезы, а он оказался настолько увлечен своей соседкой справа, что словно бы не замечал, что заставляет остальных принцесс ждать и скучать. Я потихоньку начала закипать. Оставалось лишь надеяться, что Эдуард перестанет вести себя как капризный ребенок и разрешит нам удалиться прежде, чем я снова взбунтуюсь.

Чтобы вывести мужчину из равновесия, я уставилась на него прямым, ничего не выражающим взглядом. Игра в «гляделки» была у меня одной из любимых, мало кто мог меня переглядеть, а уж тем более, когда я в «печали».

У Эдуарда явно были железные нервы, раз он выдержал мой взгляд больше десяти минут. И все же, явно испытывая от моего немигающего взгляда дискомфорт, он хмуро посмотрел на меня и, еще больше повернувшись в сторону Сирены, с удвоенной силой принялся улыбаться ей и расхваливать ее красоту. Буквально на физическом уровне, я ощутила, как во мне, словно лопнула невидимая пружина моего терпения, и я, встав из-за стола, негромко произнесла:

— Алексена, Резетта, пойдемте отдыхать. Его Величество настолько увлечен принцессой Сиреной, что, видимо, совсем позабыл придворный этикет и совершенно не обращает внимания на еще четырех принцесс. Такое демонстративное неуважение к остальным гостьям можно объяснить лишь пылкой влюбленностью. Пойдемте! Уверена, он даже не заметит нашего отсутствия, как и не заметил, что просто так продержал нас за столом около получаса! — Я развернулась и, махнув своим «подружкам» рукой, пошла в сторону шатра Алексены.

Оставшиеся за столом ошарашено переглянулись, и император, молча, положил столовые приборы на тарелку, подавая знак, что обед окончен. Алексена и Розетта поспешили за мной.

Едва оказавшись в шатре Алексены, девушки, перебивая друг друга, набросились на меня с расспросами. Сделав им знак, чтобы они замолчали и приблизились ко мне, отошла от входа вглубь шатра. А затем, наклонившись к принцессам, честно рассказала о том случае с двумя амбалами, «уроненными» мною в море.

— А так как Его Величеству нужна в качестве спутницы жизни возвышенная трепетная лань, которая падает в обморок даже от пука комарика, то я ему уже не подхожу! — закончила я свой рассказ.

Девушки сначала выпучили на меня глаза, потом их лица покраснели, а затем они взорвались в гомерическом хохоте.