Книга Мои драконы. Император, князь и я, страница 41 – Татьяна Демидова, Таша Тонева

— Хочу тебя полностью чувствовать. Всей кожей, сокровище мое, — хрипит он.

Мои пальцы дрожат и путаются, но все же я успеваю расстегнуть оставшиеся пару пуговиц. Затем Стейн просто откидывает рубашку в сторону одним резким движением. И почти сразу ложится рядом со мной и прижимает к себе.

— Вот так, любовь моя. Я еще немного поцелую тебя. Мы не будем спешить, Ролана. Эта ночь для удовольствия. Я так долго ждал, что не собираюсь выпивать столь желанный сосуд за один глоток. Мы будем наслаждаться вместе, любимая. Хочу, чтобы ты прочувствовала, как желанна для меня, для нас обоих, — поправляется он, и губы императора сразу подтверждают его слова, нежно поцеловав чувствительное местечко за ухом.

А потом… Ах! Ладонь Стейна властно накрывает мое лоно. Мне немного стыдно, за то что мои панталоны сильно промокли между ног, но лицо моего князя вспыхивает хищной радостью, когда он обнаруживает этот факт.

— Чувственная наша девочка, какая же ты отзывчивая! — восхищается он в мои губы.

И целует. Целует так, что я теряюсь в пространстве. Совершенно перестаю ощущать свое тело. Только чистая эйфория звенит в каждой клеточке. Отголоском долетают нежные щекочущие прикосновения языка к подушечкам моих пальцев.

Это император. Он продолжает ласкать мою ладонь. От запястья он незаметно добрался до пальцев и теперь всасывает каждый по очереди своими губами и легко щекочет кончиком языка, посылая все новые и новые мурашки вверх по коже.

А я… Я настолько утонула в поцелуе со своим князем, что не замечаю, как оказываюсь полностью обнаженной и под его твердым горячим телом.

Замираю. Не хочу, но невольно напрягаюсь, когда ощущаю, как горячая твердая мужская плоть упирается в мою промежность. Это напряжение не зависит от меня, просто как инстинкт какой-то над разумом срабатывает.

И вроде страха нет давно, я желаю этого не меньше, чем Стейн, но…

Это мой первый раз.

И как я благодарна и моему князю и императору, что они не торопятся, хоть и сами уже на давно грани. Но все еще нежны и бережны со мной.

Стейн чувствует меня, отстраняется немного. Успокаивающе целует мои губы. Мягко гладит языком изнутри, а его пальцы осторожно подбираются к самому чувствительному месту моего тела.

А Аллард… Я только сейчас замечаю как он… Он смотрит. Пристально, неотрывно, с хищной звериной жадностью. Это дракон проглядывает в его вертикальных зрачках и обострившихся скулах.

— Сокровище… — низким проникновенным голосом произносит он. — Единственная наш-ша… Р-ролана… — в его рычащем голосе столько властности, силы и ласкающей нежности.

Обмираю вся от него. Завороженно наблюдаю, как его пальцы снова захватывают мою руку и нежно переплетаются с моими пальцами, сжимают их в таком властном одобряющем жесте.

Его тело… я рада, что император пощадил мою робость, и он не обнажился до конца, как я думала вначале. Он снял только рубашку, но и его верхняя часть способна довести до обморока своим совершенством.

И мне немного еще стеснительно так пристально рассматривать дракона, который еще утром был для меня правителем и братом моего жениха, а сейчас стал моим мужем. Но глаза так и тянет к его идеальному мужественному торсу. Мне хочется вобрать в себя этот образ целиком, настолько он прекрасен и волнующ.