Онлайн книга «Мои драконы. Император, князь и я»
|
Отчётливо чувствую, чего ему стоит сдерживать своего дракона, не сорваться, не наброситься на меня. Его поцелуй опаляет тщательным контролем своего нетерпения, и от этого мне ещё слаще, ещё жарче! Император целует, и на мои плечи опускаются знакомые и столь же желанные мужские ладони. Стейн невесомо ласкает пальцами обнажённую кожу на моих открытых плечах. Двойная истинная связь натягивается, наливается силой… и с моих губ срывается слабый стон. Император отрывается от моих губ, вбирая хищным горящим взглядом моё пылающее лицо. И Стейн рядом. Так близко. Смотрит на меня пристально, жадно. Оба смотрят. И почему-то мне теперь ничего не страшно… — Вы знали? — тихо спрашиваю я, переводя взгляд с одного на другого. — Чувствовали, — ободряюще улыбается мне Стейн. — Редчайший дар. Не надеялись, что это наш случай, но всё же… всё же мы были готовы. — Но у повелителя драконов… не может быть истинной, — тихо делюсь я последними сомнениями. — Не может, — соглашается император. — Когда я в первый раз ощутил, то не поверил сначала. Но дракон рвался к тебе. И чувствовал твой отклик. Я проверил. И потом не раз проверял. Это благословение двойной истинности, Ролана. Оно даже сильнее, чем магия повелителя драконов, которая исключает истинность. Он снова завладевает моей рукой и нежно целует свою метку, не отводя от меня своих пылающих жадным нетерпением глаз. — И я, Ролана, всё видел, — Стейн целует свою светящуюся золотым ровным сиянием метку на моём запястье, заглядывая мне в глаза. — Да, у меня сейчас сложные чувства, но для тебя… Для тебя, для нас, это благословение. Взгляд Стейна становится напряжённее. — Но мы не будем тебя ни к чему принуждать, любимая, — при этих словах Стейн жёстко смотрит своему брату прямо в глаза. — Если тебе, наше сокровище, сложно принять, мы отменим второй обряд. Дадим тебе время, — медленно, тяжело произносит он, словно эти слова стоят ему огромных усилий. — Не будете настаивать?.. — в груди почему-то обожгло. Истинная связь натягивается всё сильнее, меня нестерпимо тянет… к ним обоим. Откладывать обряд уже кажется кощунством, преступлением… Кристаллы над алтарем так призывно и маняще мерцают, подтверждая правильность моих чувств. — Если ты сама откажешься… — уверенно кивает Стейн и ласкающим движением отводит прядь волос от моего лба. — Ты отказываешься? — пристально смотрит на меня император. В его голос сплетается столько всего, что мне становится больно… И потом до меня доходит: это не моя боль. Это император принимает боль того, что я могу отказаться, хотя его дракон неистово рвётся сейчас к обретённой истинной, о которой знал, что это невозможно. Но, чтобы не пугать меня, жёстким усилием воли император сдерживает своего яростного зверя. Сдерживает себя. И Стейна я отчётливо чувствую. Он рад, что теперь моя жизнь сравнится по продолжительности с его… Но готов… твердо готов принять любое мое решение. Боги, о чём я думаю! Почему колеблюсь? Я ведь знаю, что ни один дракон не сможет жить без истинной. Стейн не сможет… Закончится моя жизнь, оборвётся и его. Это ведь так терзало меня, когда узнала. А теперь и император… Я ведь чётко чувствую их обоих. Их чувства ко мне… Призываю себя быть смелой. Мне нужно решиться. Благословение. Это благословение! |