Книга Обскур, страница 73 – Ирена Мадир

Не помогает даже напоминание о том, что Ворон должен меня убить. Что бы ни случилось, он это сделает.

Или нет?

Я запуталась в этих нитях, которыми кукловод обвязал меня, которые впиваются в кожу, но которые при этом давят так, чтобы я наслаждалась ими…

День проходит быстро. Если бы Хильде не засобиралась в смену, заметить начало вечера было бы проблематично. Когда тётя уезжает, я сразу поднимаюсь к себе, надеясь успеть отдохнуть перед приходом Ворона. Вспоминать его обещание даже не хочу, потому что это неизбежно вызовет очередную бурю противоречий внутри.

Я долго ворочаюсь в кровати, пытаясь сбежать в сновидения, лишь бы не думать о Вороне и своих реакциях на его игры. Простыня путается между ног, подушка кажется то слишком жёсткой, то безжизненно плоской. Мысли же кружатся роем, навязчиво жужжа о том же, о чём и весь день. И всё же усталость берёт верх, а разум расплывается в мутном тумане забытья.

В и без того неспокойный сон вдруг вторгается посторонний звук. Скрип ступеньки, словно сломанная клавиша рояля, разлетается в тишине, разбиваясь о стены. Я вздрагиваю, просыпаясь. Наверное, это Ворон, как и впервые наступил на то злосчастное место, однако мой мозг уже начинает закручивать спираль тревоги.

Зачем Ворону наступать туда, он ведь знает, что ступенька скрипит? Разбудить меня заранее? Не в его стиле. Он скорее появился бы рядом бесшумно, как тень, а затем наклонился прямо к уху, чтобы прошептать что-то колкое и насмешливое…

— Какая дверь? – раздаётся негромкий мужской голос. Совершенно чужой. Он не принадлежит Ворону или кому-то из знакомых ваканов.

Внутри что-то обрывается, в висках громко стучит кровь. Я резко вскакиваю, судорожно нащупывая нусфон и роняя по пути стакан и книги на тумбочке. Плевать, лишь бы успеть вызвать помощь!

Дверь стукается о стену, когда кто-то распахивает её. Но до того, как я даже успеваю осознать это, в грудь что-то бьёт. Острая, жгучая боль разливается по венам, как раскалённый металл, знакомая вибрация от магии пронзает всё тело. Она проникает даже в кости, но главное – в голову, заставляя мир рассыпаться, а меня терять равновесие и сознание.

* * *

Первым приходит не место, не тело, а память о боли перед отключкой. Мысли плывут тяжело, норовя погрузиться в трясину обморока. Мне трудно, но я стараюсь зацепиться за реальность и за это мучительное ощущение вибрации, от которой до сих пор немеют конечности.

Это магия. Меня вырубили магией. Факт оседает в голове, медленно разгоняя шестерёнки. Кто сделал это? Кто пробрался ко мне и зачем? Что, если это другие красноглазые? И им не нужны игры, им нужно дело.

Воображение рисует таинственное дело, представляя его кровавым ритуалом. Жертвоприношением.

Это окончательно возвращает меня в реальность. Я концентрируюсь на том, что мне доступно, не спеша открывать глаза (они всё равно не помогут). Подо мной что-то твёрдое и холодное. Пол? Камень? Алтарь? Вокруг пахнет сыростью, пылью и чем-то ещё… Сладковатый экзотический аромат, странный и незнакомый. От него кружится голова, поэтому я стараюсь не принюхиваться. Вокруг тишина, не считая капающей неподалёку воды и шума ветра. Тело плохо слушается после воздействия магии, и я не могу заставить себя даже шевельнуть мизинцем.