Книга Обскур, страница 114 – Ирена Мадир

Ворон хмыкает. Видимо, оценил, что ему не только угрожают моим убийством, но и предлагают озолотиться. Я криво ухмыляюсь, замечая сверкнувшие огни глаз.

— Заманчиво, колдун… Что ж… Воля твоя, я отведу тебя к философскому камню. Отпусти Мию.

— Нет уж, сначала артефакт, потом чужая жизнь, – возражает Эйнар.

Ворон цокает языком. Его рука обхватывает клюв маски-черепа. Он медленно стягивает её с лица, сначала показывая губы, а затем и остальные черты. Я чувствую, как замирает Эйнар, и жалею, что стою спиной к нему и не вижу выражение физиономии, когда он узнаёт в лице врага «отсталого» Хоука. Однако это шанс.

Пользуясь шоком Эйнара, я перехватываю его руку и увожу в сторону, а затем вырываюсь и бегу вперёд. Ноги заплетаются, и мой нос почти встречается с землёй, но Ворон вовремя подхватывает меня, ставит на ноги и отпихивает в сторону. Волосы вздымает порыв ветра, и внутри обскур отзывается, тянется к Хоуку, вновь обрётшему форму монстра.

Всё происходит за считаные секунды, слишком быстро. Ворон в облике чудовища нападает на Эйнара, а тот отбивается вспышками магии. В этом я точно не помощница, так что возвращаюсь туда, где осталась лежать тётя, чтобы удостовериться, что она в порядке.

— Хильде? Хильде! – я падаю на колени рядом, тормоша её и хлопая по щекам. – Ну же, Хильде!

Тётя болезненно стонет и приоткрывает глаза. У меня вырывается выдох облегчения.

— Мия… Как ты? Где?.. – Хильда морщится, прикладывая пальцы к виску. – Что происходит?

— Всё потом, – шепчу я, помогая ей подняться.

Вместе мы ковыляем к дому, где тётя грузно плюхается на ступеньку крыльца, чтобы передохнуть. Я вдруг понимаю, что слышу лай собак и замечаю свет в соседних домах. Очевидно, очень скоро сюда приедет полиция… Не знаю, что ощущаю по этому поводу облегчение или тревогу…

— Скоро вернусь, – обещаю я тёте и несусь обратно. От забегов туда-сюда начинает покалывать бок.

По пути мне не составляет труда вырвать кинжал из ослабшей хватки мёртвого колдуна. Труп не слишком похож на человека, он валяется разорванным куском мяса. Это мерзко, но не более, сейчас больший интерес вызывает оружие. Оно испачкано вязкой кровью и скользит в руке, но с кинжалом сейчас лучше, чем без него.

Хильде зовёт меня по имени, кажется, даже пытается подняться, но ей явно мешает головокружение. Я же возвращаясь туда, где Эйнар и Ворон пляшут в жутковатом танце смерти. Не хочу, чтобы моё чудовище видели, не хочу, чтобы Хоука раскрыли, а для этого он должен убраться подальше раньше, чем сюда кто-то заявится.

Не знаю, почему так боюсь за Ворона. Боюсь, что Эйнар всё же что-то сделает с ним, боюсь, что его заметят, боюсь, что больше не увижу своего монстра… Это не должно пугать, ведь это избавление, но…

Я останавливаюсь, пытаясь отдышаться и понять, что происходит. Эйнар выглядит запыхавшимся, перья Ворона блестят от крови, а кое-где тени поднимается с белёсым дымом. Пахнет палёными волосами и плотью… Мне трудно дышать, кислорода вокруг будто стало меньше. Где-то я слышала, что магия может давать такой эффект, разряжая воздух.

Ворон тоже выглядит утомлённым. На клюве осталась кровь убитых врагов, но Эйнар кажется целым. Что ж, он всё же мейстер, наверняка способен оказать большее сопротивление, чем рядовые колдуны.