Книга Где демон шепчет о забвении, страница 176 – Ирина Голунцова

Песок летел во все стороны вместе с тёмными всполохами. При каждом опасном манёвре щебет птиц заглушал вздохи наблюдателей. Вэй Учэнь практически не слышала толпу за защитным барьером: она полностью сосредоточилась на бое, воскрешая воронов и пуская их в атаку.

Змей, материализованный Хао, был куда меньше того, которого он призывал во время боя у школы Бянь Сэ Лун. И тем не менее тварь оказалась такой же прыткой и сильной, выдерживая все атаки И Шоу. Вэй Учэнь с Хао практиковали направление некромантии, поэтому их духи-хранители подходили лучше всего для боя, дольше и стабильнее удерживаясь в реальном мире. Однако некромантия также требовала немалой физической выносливости: чем больше истощались ресурсы организма, тем труднее становилось контролировать духов, и наоборот.

Хао понимал это. Вэй Учэнь тоже.

— Ладно, этого хватит! Высвобождай его!

То, ради чего их выгнали на арену. То, чему Вэй Учэнь противилась из последних сил.

Она в детальных подробностях помнила тот день, когда ей передали духа-хранителя их рода. Отец не хотел этого делать, и не только потому, что феникс предназначался Вэй Лу. Нанесение татуировки довольно болезненный процесс: кожу прокалывали тонкими иглами, наполняя раны краской и проливая тёплую кровь. Если убрать чернильный рисунок, покрывающий спину Вэй Учэнь от плеч до поясницы, останутся лишь белые узоры рубцов. Её резали наживую в течение нескольких часов, и она согласилась на это добровольно, хотя и понимала, что другого выбора не оставалось.

Наступили времена, когда для их семьи и секты небо помутнело, да земля^[71] почернела. Старший брат и отец Вэй Учэнь постоянно спорили о том, какое решение спасёт их от верной гибели: один предлагал сражаться, другой предпочитал преклонить колени. Но, так или иначе, они оба понимали, что взрослых мужчин-заклинателей вряд ли оставят в живых, и уж тем более не старого феникса, который не прогнётся ни под какими законами.

Отец не видел в Вэй Учэнь наследницу, никогда не ставил её на один уровень с сыновьями. Но младшая дочь, обученная базовым навыкам тёмной заклинательницы, к всеобщему удивлению демонстрировала хороший потенциал. Старший брат в тайне от отца способствовал развитию её таланта. Вэй Учэнь даже не знала, догадывался об этом старик или нет. Но в тот день, когда к ней пришёл отец и поведал о необходимости передачи духа-хранителя, она увидела отца, а не строгого и жестокого мужчину, который расценивал её жизнь как ресурс для удачного союза.

Вэй Учэнь ненавидела отца, презирала его и зачастую проклинала. Но что-то в ней сломалось, уступило, когда он пришёл к ней, словно путник за живительным глотком воды. Он просил прощения и говорил, что кроме неё никто не сможет принять Фэнхуана: Вэй Лу слишком мал, другие чересчур взрослые.

Поначалу Вэй Учэнь думала, что отец находился рядом с ней на протяжении болезненного ритуала из-за сострадания и поддержки. Она не пролила ни слезинки, только кривила лицо и порой постанывала, крепко сжимая кулаки. Вэй Учэнь хотела доказать, что так же сильна, как и её братья. И в какой-то момент в ней загорелась гордость. Отец доверился ей! Отец возложил на неё столь ответственное бремя, значит, он ценил её, верил в неё!

Истекая кровью и чернилами, Вэй Учэнь лежала на жёсткой деревянной кушетке. Тогда отец подошёл к ней, убрав со лба прилипшие от пота пряди, и сказал: