Книга Ищу няню для папы, или Как согреть Стража Севера, страница 39 – Леся Рысёнок

Ванга веселье пропустила, поскольку где-то бродила, а когда вернулась и выяснила, что гном всё распродал и уехал, рассердилась, почему я ничего не купила.

— Я специально ходила за крепким горячим взваром для тебя с Фроскевой, — выговаривала она мне, протягивая кружки. — А ты не могла одеял купить. Знаешь же, что ночами всё холоднее.

А я сама не знаю, почему ничего не купила. Мне под накидкой гнома было тепло, а сестра спала в гостиницах. И лезть в толпу и воевать за тряпки совсем не хотелось. Но сестре этого было не понять. Она обиделась и, когда мы тронулись, затихла в углу кареты, отвернувшись к окну.

В дороге кузина молчала, а не рассуждала, как обычно вслух, как князь сразу очаруется ею, как только увидит, потому что когда они будут подъезжать, она наденет вот то или то платье, вот так или так уложит волосы, а еще накинет на плечи шаль, вот так приспустив ее… Все ее рассуждения сопровождались репетицией взглядов, укладок, которые на стоянке делала ей служанка, и требованиями отдать ей гномское платье.

В непривычной тишине мы с Фроскевой выпили взвару, и я задремала. Сквозь сон слышала, как колеса кареты застучали по бревнам деревянной переправы, и догадалась, что мы едем по той самой объездной дороге, которую проложили купцы, чтобы не встречаться с жадной госпожой баронессой. Чтобы перебираться через реку, они сделали что-то типа понтонной переправы из соединенных между собой плотов. Я видела это сооружение один раз, когда с отцом объезжала его владения, но проехать по нему нам не довелось. Поэтому мне стало интересно, я с некоторым трудом открыла глаза и выглянула в окно.

Но это не была понтонная переправа, это был паром. Тот же плот, только привязанный к канату.

— Я подумала, что на пароме переправиться на тот берег будет хоть и дороже, но значительно приятнее. Не так трясет и укачивает. Не хочешь посмотреть на волны, раз уж проснулась? — спросила сестра. — Я ни разу не ездила на таком, и очень хотела бы посмотреть, но одной мне боязно выйти наружу. А служанки спят, не хочется их будить.

Ее голос звучал умоляюще, и смотрела она на меня, как мне показалось, с надеждой. Да мне и самой любопытно стало взглянуть, как это. Кивнула и полезла наружу.

— Ты все проспала, — сказала сестра, когда мы подошли к веревочному ограждению у края плота. — Среди девиц поднялась такая паника, когда кареты стали заезжать на бревна. Некоторые кричали, что их хотят утопить. Пришлось охране ехать вперед и показывать, что это безопасно. Ну а я решила дождаться парома. Теперь мы немного отстали от всех, но зато можно отдохнуть и полюбоваться видом. Здорово, правда?

Я согласилась. Вид и правда был прекрасен. Леса вдали уже начали одеваться в золото и легкий багрянец, солнце, низко склонившееся к горизонту, рисовало на воде дрожащие блики. Река, словно широкая лента, сотканная из света и золота, неспешно играла волнами под нашим плотом.

— А твой дом где-то там, да? — спросила сестра. — Его видно отсюда? Вон тот на горе не он? Мне кажется, я узнаю конек вашей крыши.

Я невольно принялась вглядываться в деревеньку, что раскинулась на холме. Там ли мой дом, я не могла определить с уверенностью, потому что, как я уже сказала, воспоминаний от Айны мне досталось не так много, и они приходили случайным образом, а потому на месте я почти не ориентировалась. Но увидеть дом и брата мне очень хотелось, и потому я изо всех сил напрягала зрение, чтобы разглядеть деревеньку.