Книга Мой куратор – наследник престола, страница 34 – Мария Эмет

— Евангелина Юрай, — проговорила я по слогам.

Учитель хмыкнул.

— К доске, Евангелина Юрай!

К доске так к доске. Постою, чего уж.

Выйдя из-за стола, я, под злорадными взглядами сокурников, нехотя поплелась по ступеням. По пути прихватила с преподавательского стола кусочек мела и замерла напротив огромного черного полотна.

— Посмотрим, на что ты способна, — с гаденько улыбкой сказал звездочет. — Слушай условие задачи! Человек с именем Анжи родился в прошлом году одиннадцатого декабря. Высчитай его счастливое число, благоприятные даты для женитьбы и важных сделок, предположи, какая его ждёт жизнь и сколько лет ему отведено.

А точную дату смерти не надо? Может быть, день и час, когда он скажет своё первое «агу-агу»? Это точно наука?

— Счастливое число у него семь, потому что оно мне нравится. Для любви нет плохой даты. Для важных сделок важно не число на календаре, а люди, с которыми ты эти самые сделки заключаешь. Жизнь его ждет хорошая, потому что в королевстве мир, страна процветает, народ не голодает. А жить ему до тех пор, пока Небеса не призовут к себе. Как то так.

Судя по красному лицу старике, я либо угадала и сейчас он подыхает от зависти к моему таланту. Либо я крупно ошиблась и вот-вот получу жирный кол.

— Считаешь себя самой умной, Юрай?

— Порой меня посещают подобные мысли.

— Ты ещё и пререкаться вздумала⁈

Интересно, кто ж его так сильно обидел, что теперь для него каждое слово — оскорбление?

— Никак нет, господин-учитель. Просто я искренне не понимаю, чего вы от меня хотите. Это мой первый урок по нумерологии. Я совсем ничего не знаю.

На сморщенном лице появилась зловещая усмешка. Я почувствовала приближение скандала.

— Разве я виноват в том, что ты свалилась на Рассенталь как виверна на гору? Разве я должен выделять тебя лишь потому, что ты глупее остальных? — проскрежетал нумеролог. — Если ты хочешь учится в этом месте, будь добра — стремись к знаниям. Быть может тогда у тебя получится хоть на шаг приблизится к великим людям, что по праву называют себя адептами.

О как.

Какой кошмар, меня уложил на лопатки Снежный Дед из сказок! Кажется, подарка этой зимой можно не ждать. Их выдают лишь «великим» людям.

Я улыбнулась. Широко. Открыто. Так, чтобы он понял — мне совершенно всё равно на него, на его слова и на его предмет.

— Благодарю за наставление, — проговорила сдержанно и развернулась к лестнице, чтобы вернуться к столу.

На этом наша стычка должна была благополучно закончится, но у старика явно имелся план по набору врагов и он собирался его перевыполнить:

— Мне жаль твоего отца.

— Воистину, — хмыкнула я через плечо. — Граф Вердье заслуживает жалости.

— Рад, что ты осознаешь, каким бременем являешься для семьи.

Ого, кто-то хочет потоптаться по семейным узам? Славно. В этом деле я мастер.

— Единственное бремя семьи Вердье — это безграничная глупость главы семьи Вердье, — пропела я ласково. Седые брови звездочета взлетели чуть ли не до звезд. Наблюдать за этим было приятно, потому я продолжила: — Его недальновидность, поверхностность и доверчивость загубили некогда процветающий род. Он опозорил имя моей матери. Лишился законной наследницы, сослав ту в деревню. Но самая большая его глупость заключается в связи с Беатрисой Грейлис, которая мало того, что развалила семью, так и сильных наследников родить не смогла. Я счастлива лишь от мысли о том, что не могу носить фамилию Вердье. — Оглядев замерших от любопытства сокурсников, я громко произнесла: — О великие аристократы, можете передать моему отцу, что я давным давно отреклась от него. Впрочем, для него это вряд ли секрет.