Книга В заложниках интриг, страница 122 – Адриана Максимова

— Почему ты делаешь акцент на том, что отец сдался? – спросил Оскар.

— Потому что первый лорд сдался и первый лорд захвачен в плен, это две разные военные операции. Одно слово может решить исход всей политической игры, тем более, такое сильное слово, – сказала Кордия и Дор невольно восхитился ей.

— Но это ведь ложь! – возмутился Оскар. – Отец никогда бы этого не сделал и его приближенные знают об этом!

— Да, но их там не было, – пожала плечами Кордия. – Сейчас самая главная задача выйти из этой ситуации с минимальными потерями. И тебе, Августин, важно быть очень убедительным.

— Не думаю, что король с тобой согласится, – заметил Дор.

— Лейф тоже не хочет войны. Мы это обсуждали. Чтобы нападать, для этого нужно иметь ресурсы. Это на оборону выставляются последние силы и ярость, а мы сейчас не готовы, и все об этом прекрасно знают.

Дору было сложно представить, что Кордия с Лейфом могут что-то спокойно обсуждать. То, что они могли быть вместе, казалось ему вопиющим диссонансом.

— Я поеду с Августином, – сказал Дор.

— Но я тебя не отпускала, – сурово сказала Кордия, и их взгляды встретились.

— За мной не надо присматривать! – тут же вскинулся Августин и даже сжал кулаки от негодования.

— Считай это личной просьбой, – улыбнулся Дор, не обращая внимания на Августина.

— Я подумаю, – ответила королева, – если ты объяснишь мне зачем, тебе это.

Дор кивнул, хотя для себя решил, что не скажет ей правду. В конце концов, это его личное дело. А поехать с Августином – возможность соединить долг и справедливость, которой он так жаждал последние годы.

Кордия достала из кармана сложенную вчетверо бумагу и неспешно развернула ее.

— Знаете, кто этот мужчина? – спросила она, показывая присутствующим рисунок.

— Это Артей, молодой правитель Истраты, – сказал Мариан. – Ну, или очень похожий на него человек.

Чародей взял рисунок и отошел с ним к окну, внимательно вглядываясь в черты лица изображенного мужчины.

— Почему ты им вдруг заинтересовалась? – спросил Дор.

— Увидела в шаре возможностей, как он убивает меня, – ответила Кордия.

Лейф проснулся от кошмара. Сердце грохотало в груди, по вискам струился пот. Он провел рукой по лицу и с раздражением понял, что из носа течет кровь. Его угнетало, что он слаб и не может обойтись без посторонней помощи. С трудом стянув с тумбочки полотенце, вытерся. Хотел позвать служанку, но понял, что не хочет никого видеть. Приподнявшись, уперся спиной в подушку.

Ему снова снилась Дилена. Она восставала из пепла и черного дыма, снова становясь той девушкой, которую он убил. На ней было то же самое платье, в котором она была на свадьбе. Белая ткань на груди промокла от крови. Она улыбалась Лейфу чуть припухшими губами, как будто долго целовалась. Девушка шла к нему, дразня своей походкой, мягко и соблазнительно покачивая бедрами, а подойдя, снова стала черным дымом и начала проникать ему под кожу, разрывая ее. Они сливались в одно целое, чернота Дилены смешивалась с его кровью, обжигая, словно кислотой. Боль затопила его. Она была невыносимой, и даже вопль, рвущийся из самой глубины души, не мог облегчить его страдания.

— Пока смерть не разлучит нас, муж мой, – звенел в ушах у Лейфа насмешливый голос Дилены. Ее чернота поглощала его, и он просыпался, охваченный ужасом.