Книга В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит!, страница 104 – Елена Ловина

Не то чтобы мы с Итаном возлагали невероятные надежды на результат финального боя — мы бы и в Соверен отправились, но ведь команда дошла до финала и, что удивительно, я была в составе этой команды последние три игры и даже помогала ребятам с их питомц… тьфу, животными. Так что мы посовещались и пришли к решению, что, раз правилами не запрещено иметь в фамильярах крупных магических животных, то можно было попытаться.

К моему огромному сожалению, ни мэссин Линел, профессор зоомагии, ни Ваган Самиат, профессор артефакторики, не поддержали меня и, к моему огромному сожалению, даже запретили пытаться, но к тому моменту я уже все сделала и даже убедилась, что связь работает. Пришлось после слов обоих профессоров воздержаться от хвастовства и сделать вид, что согласна с их мнением, тем более их категоричное несогласие и во мне пробудило нешуточное сомнение в собственных силах.

И вот теперь ребята сражались в финале на своих фамильярах и, честно говоря, выглядели несколько рассинхронно, словно думали об одном, а делали совершенно другое. Но я же предупреждала, что, чем крупнее магическое животное, тем сложнее с ним наладить связь.

Кто бы меня послушал? Насмотрелись, как ловко общаются профессора со своими фамильярами, и решили, что у них будет и быстрее и ловчее, ведь они-то не просто боевые маги, а еще намного моложе профессоров. Дискриминаторы без мозгов, а еще шантажисты, но я уже начала догадываться, откуда в эти накачанные мозги просочилась мысль, что с фамильярами они будут непобедимы. И пусть Долли изо всех сил уверяет, что Лоч ни при чем и вообще пострадавшая сторона, как и мы с Итаном, но я уже вновь смотрю на парня с подозрением и ожидаю очередного подвоха от кронстонского блондина.

И вот теперь, словно боги решили напомнить, что с магическими животными нужно обращаться осторожно, в королевской трибуне вместо приглашенной дочери короля восседал лаутус и внимательно всматривался в НАШИХ магических животных, хотя Долли, подпрыгивая на месте от нетерпения, уверяла, что мужчина очень внимательно следит за игрой, потому что фанат воздушного боя. Как по мне, так одно другому не мешает: болеть за любимую команду и выискивать грубые нарушения у соперников.

Если честно, впервые за свое пребывание в команде я желала ей проигрыш, вернее триумфальный провал, ведь, как известно, с проигравших спросить нечего, кроме слез фанатов. И как назло, команда хоть и летала, виляя, словно все дружно выпили крепкую настойку в лазарете, но каким-то чудом добиралась до окончания тура без видимых потерь. Вот будет катастрофа, если лаутус не только заметит связь игроков и их животных, но и вспомнит по такому поводу запрет, вписанный в законодательную книгу Кронстона кровью предыдущих испытателей судьбы.

Боги, я согласна на Соверен! Без каких либо вариантов! Не дайте нашим выиграть, ну пожалуйста!

Наверное, боги только и ждали моей молитвы, чтобы сделать все по-своему. И ведь не колебались ни мгновения: «Помолилась? Вот тебе ответ».

Обе команды ринулись к кубку, как только он появился на поле, и едва не столкнулись лбами в центре. К слову, финальная битва стала неотъемлемой частью воздушного боя совсем недавно (каких-то триста лет назад) и оказалась самой зрелищной составляющей, по крайней мере, так мне показалось за те три игры, что я была в составе команды. И еще эта часть игры чрезвычайно богата на травмы: синяки или шишки были самыми безобидными элементами среди всех возможных увечий, получаемых в азарте сражения. Смотреть на это без боли было просто невозможно, а закрыть глаза — страшно: вдруг в этот момент случится что-то еще более пугающее. И это случилось!