Книга Операция "Ух", или Невеста для Горыныча, страница 40 – Ирина Субач

— А что раньше?! – спросила я.

— Вот в мою молодость, мужчины ради меня подвиги делали. Скажешь ему, каменьев заморских хочу – принесет. Попросишь – звезду с неба – достанет. Расплачешься, что ягод зимой охота – раскопает.

Я заломила бровь.

— И как же ты тогда на полянке оказалась? От хорошей жизни сбежала? Аль не все ягоды тебе зимой откопали?

Гриба напыжилась и обиженно надулась, аж шляпка набекрень.

— Смотри, не лопни, – подшутила я.

— Да, что ты понимаешь, – махнула она на меня рукой. – Все у меня было, и мужчины хорошие, и руки все моей просили, даже Кощей сватался.

Я удивленно вскинула бровь повторно. Какие-то интересные подробности прошлой жизни Грибы стали прорисовываться. Да и характер не простой, замашки явно не крестьянские…

— Любви у нее не было, аль была, да не та, какой ей хотелось, – догадался Финист. – Разве не очевидно? Сидела девка, страдала. Мужики пороги обивали, а ей все не то, да не так. Вот и поперлась в лес за счастьем. Признавайся, за кем пошла?

— За Емелей, – спустя паузу буркнула она нехотя. – Влюбилась как кошка, ничего и слышать не хотела. А батюшка ведь предупреждал, что дурак он. Эх… Кто ж знал, что ему щука во всем помогала!

— Щука… Емеля, – я смутно пыталась вспомнить о чем речь, ведь когда-то точно слышала. То ли читала где-то, то ли обсуждал кто…

— Так ты пропавшая дочка царя Лесного?! Водяничка? – внезапно вторгся в наш разговор удивленный голос Вихря.

Он даже коню узды притянул, чтобы тот остановился.

От неожиданности такого заявления, я даже забыла, что хотела возмутиться, ведь егерь нас явно подслушивал.

— Да, какая из нее Водяничка, – не поверила я. – Разве царская дочь будет себя так вести?

Но тут же осеклась.

Гриба, запрокинув голову, снизу вверх смотрела на Вихря. Ее странные грибные глаза выражали одновременно смесь восторга и радости, а в уголке даже слезинка блеснула.

— Не думала, что про меня еще кто-то помнит… – едва слышно произнесла она. – Сто лет ведь прошло, а то и больше…

— Бабка рассказывала, – ответил Вихрь. – Про то, как жила раньше между землями Горыныча и Кощея девица, дочь царя Лесного. Красавица расписная, но взбалмошная. Хоть и умная, но не дальновидная.

— Так и было! – почему-то обрадовалась столь нелестным эпитетам Гриба. – А дальше-то? Дальше, что бабка твоя про меня говорила?

— Что дура ты была! – припечатал Вихрь. – Влюбилась в Емелю-пустмелю, которому щука три желания задолжала. А когда у того закончились возможности на твои хотелки, ему стыдно стало. Вот он в лес и поперся, думал там добудет чего. И сгинул. А ты за ним пошла и тоже пропала. Даже Лесной царь не нашел! Гриба недовольно посмотрела на Вихря, впрочем эмоция эта ее была недолгой.

— На полянке он грибом стал, а я когда Емелю нашла, то от любви с ним заговорила и осталась. Век прожили бок о бок. Пока я не поняла, что не любовь это никакая, только уже поздно было. Обратно в человека теперь так просто не вернуться.

— Значит, ты Водяничка. Тоже, получается, королевских кровей? А говоришь, в родной деревеньке тебя надо было высадить. Крестьянкой прикидывалась, мол, не помнишь ничего. И тут врала, значит, – возмутилась я.

— Не врала, а не договаривала, – уже привычно ответила Гриба. – Если я чему за сто лет научилась, так это двум вещам. Никогда не бегать за мужиками и молчать. Умные – всегда молчат!