Книга Двуликие, страница 62 – Анна Шнайдер

Сестра произнесла это легко, совсем без горечи. А когда-то рыдала навзрыд, насилу успокоил. Но за три года мама не написала им ни строчки, словно и не было у неё детей.

Как сказал однажды дядя Велдон: «Не думайте, что дело в вас. Просто ваша мать влюблена лишь в одного человека. В саму себя. И сил на любовь к кому-то ещё у неё не хватает».

— Знаете что, — вдруг сказала Дин. — Хватит уже этих ваших траурных настроений. А то такое впечатление, что не в кабак идём, а на кладбище!

Все засмеялись, даже вечные морщинки на лбу у Шайны почти разгладились.

— Ну, раз о родственниках говорить нельзя, — весело заявила принцесса, — давайте тогда поговорим о наших личных кураторах. Как они вам?

Шайна Тарс

Вечер, как ни странно, получился отличный. Напряжённость, которая была во мне поначалу по отношению к Даните, куда-то улетучилась после того, когда она не обиделась на моё высказывание, что я не слежу за жизнью императорской семьи. Будь я принцессой, наверное, оскорбилась бы. А она засмеялась и словно пропустила это мимо ушей.

Трактир был полный, но народ в нём сидел приличный, так что к нам никто не приставал. Кроме двоих парней, которые очень хотели потанцевать с Дин и… с Миррой. Дин приняла приглашение благосклонно, а вот рыжая шарахнулась от пригласителя так, будто он был болен какой-то заразной болезнью. Я даже не удержалась — хихикнула.

Так что с парнем пошла танцевать Данита. Он, кстати, принцессу в ней не признал, но она по этому поводу только обрадовалась.

— Чего ты танцевать-то не захотела? — ухмыльнулась я, наблюдая, как Дин и Нита кружатся в центре зала с двумя ухажёрами. Мирра мрачно посмотрела на меня.

— Издеваешься?

— Почему? Танцевать же не целоваться.

— Да не умею я!

— А чего там уметь? Хватай да кружись.

Рыжая страдальчески возвела глаза к потолку.

— Я всегда танцевала за мальчика, понимаешь? С подругами танцевала, и всё время была за мальчика. Боюсь сбиться и опозориться.

— Где — в трактире? — я фыркнула. — Ну тебя, Мир. Прям приём у императора!

Она задумалась на несколько секунд, а потом с громким стуком поставила на стол свою кружку с вишнёвым пивом.

— Тогда пошли.

— Куда?

— Танцевать.

— С кем?

— Со мной.

Я прищурилась.

— Сдурела?

— Пошли-пошли.

Даже не знаю, почему я послушалась. Схватилась за руку Мирры, вышла в центр зала, а потом была подхвачена за талию и моментально закружена в танце. Ух!

Танцевала рыжая замечательно. И действительно — за мальчика.

— Здорово танцуешь! — похвалила я её, когда запыхавшиеся мы вернулись к столику за несколько секунд до прихода Даниты и Дин.

— Учителя были хорошие, — подмигнула она мне, делая глоток пива.

В общем, в общежитие мы пришли за десять минут до отбоя. Весёлые, счастливые и немного пьяные.

— Надеюсь, я в таком состоянии найду свою комнату, — хихикнула Данита, махнув нам рукой напоследок.

— Не найдёшь — в-возвращайся! — крикнула ей вслед рыжая, громко икнув. — С нами поспишь!

По-моему, это было уже немного слишком, но я промолчала.

Наверное, этот день — точнее, эта ночь — не очень подходил для того, чтобы затевать очередную авантюру. Особенно — авантюру с императорской библиотекой. Но… как говорит матушка Роза: «Что у трезвого на уме, у не совсем трезвого — там, где у него сильнее всего болит».