Книга Двуликие, страница 235 – Анна Шнайдер

Зачем прощаться, если она придёт опять?

Шайна Тарс

Во вторник, слушая ректора на лекции по прикладной магии, я страшно стыдилась. Во сне, наблюдая за Эмирин и её мужем, я только немного смущалась, и то уже ближе к концу, когда стала свидетельницей настоящей страсти. Но сон — это сон… Во сне эмоции приглушаются, будто доносятся до тебя через подушку, на которой ты спишь, а наяву всё гораздо ярче и острее.

Мне было откровенно стыдно. Настолько стыдно, что горело всё лицо, и уши, и шея… И даже ладони, казалось, жглись от неловкости. Я толком не смогла сосредоточиться на лекции, прокручивая в голове увиденное.

Если отринуть эмоции… Почему я увидела именно эти два сна? Тот, незавершённый, с Эмирин и Риландом, и второй, от которого я была теперь вне себя от смущения? Может, эти сны как-то связаны друг с другом? Но как?..

Если бы я знала.

Сегодня ректор опять рассказывала о преобразовании Источника силы, и я, набравшись смелости за полтора лекционных часа, решила задержаться немного после занятий и спросить Эмирин кое о чём напрямую. В конце концов, не съест же она меня? В крайнем случае пошлёт лесом.

Я махнула рукой Дин и Мирре, чтобы не ждали, сделала страшные глаза Коулу — мол, изыди, не твоё дело — и застыла возле двери, ожидая, пока все выйдут из аудитории.

Профессор Аррано всегда дожидалась момента, когда аудитория пустела, и только потом уходила сама, закрывая дверь. Она сразу поняла, что я не просто так торчу истуканом у стены, и вопросительно на меня посмотрела, когда последний студент скрылся в коридоре.

— Что такое, Шайна?

— М-м-м… — я покосилась на открытую дверь.

— Никто не услышит, не волнуйся.

Я выдохнула.

— Профессор… это не по учёбе. Я хотела спросить вас… насчёт долга моей мамы.

Показалось или жёлтые искорки вокруг её зрачка закружились быстрее?

— Долга твоей мамы?

— Да. Я видела сон, в котором мама что-то делала с амулетом и говорила по-эльфийски и на древнем наречии оборотней: «Долг души признаю. Долг крови моей». Мне кажется, она только вам могла быть должна…

Эмирин едва заметно усмехнулась.

— Разве, Шани? А как же император Велдон?

— Ну… — протянула я, задумавшись. — Ему в меньшей степени. Его-то она не убила. Прокляла только…

Ректор покачала головой.

— Видимо, магистр Дарх тебе не рассказывал…Попроси его на ближайшем занятии рассказать о таком свойстве проклятий высшего уровня, как вампиризм. Это очень интересное свойство.

— Хорошо, — я кивнула. — Спрошу. Но… профессор… так что насчёт долга? Я хочу узнать, как мне его отдать.

— Тебе? — Эмирин приподняла брови. — Нет, Шайна. Тебе ничего отдавать не придётся.

— Вы уверены? — переспросила я и запнулась: ну что за глупый вопрос! У кого я это спрашиваю… Конечно, ректор не может ошибаться.

Или может?

— Уверена. Долги Триш — это только её долги. На тебе их нет.

— Но амулет ведь у меня…

— Амулет — это просто вещь, и ничего более.

— Но… маму ведь убили из-за него!

Я чуть повысила голос, слегка разозлившись. «Просто вещь»… Из-за «просто вещей» не умирают!

— Кто тебе сказал, что из-за него? — вздохнула Эмирин, подходя ближе. Она смотрела очень серьёзно, будто насквозь меня видела, и я смутилась. — Ты сама так решила, правда? Риш отдала его тебе в ночь своей смерти, и ты решила, что это была единственная причина её гибели. Нет, Шани. Тот, кто убил твою маму, вообще не знал про этот амулет.