Книга Мой хищный адмирал, страница 70 – Ева Флер

Сильвы засмеялись. Их смех напомнил мне шелест листвы на сильном ветру.

— Эри, — представилась я, — спасибо за предупреждение. Я действительно вчера заработалась так, что и не заметила, как все ушли.

Фаела округлила глаза:

— Ясно. Хочешь, мы будем тебя иногда отвлекать на перерывы? А то действительно перегоришь. Я в начале тоже так переутомлялась. Закончилось тем, что куда ни посмотрю, в глазах только цифры стояли!

— Договорились! Потому что, кажется мне, эти цифры всю ночь снились. Не хочу, чтобы и наяву я их видела поверх общей картинки!

Девушки снова зашелестели тихим смехом.

Резкий звонок по коридорам разогнал нас по рабочим местам.

Рабочий день начался с постановки задач. Капитан Кади, уже без следов ночной усталости, четко раздала задания. Сегодняшний поток данных с «Грани» был еще плотнее. Спорных моментов, которые квантовый мозг отбрасывал людям на проверку, было втрое больше.

Я села за терминал, провела ладонью по сенсору для активации. Экран вспыхнул, но вместо привычного рабочего стола на нем мигал ярко-красный значок «ВХОДЯЩЕЕ. ВЫСОКИЙ ПРИОРИТЕТ».

Я открыла сообщение.

В графе «Тип документа» стояло: «ВЫГОВОР».

В графе «Причина»: «Невыполнение прямого приказа непосредственного начальства (капитан К. Грем) от [вчерашняя дата]».

Внизу — автоматически проставленная электронная подпись капитана Грема и холодная, стандартная фраза:

«К ознакомлению и исполнению. Последствия повторных нарушений повлекут за собой дисциплинарное взыскание».

Все внутри похолодело. Я машинально подняла глаза и посмотрела в сторону кабинета Кади.

К ней подошел посыльный и вручил конверт. Кади приняла его под роспись и открыла.

Из конверта она вытащила бледно-красный лист из тончайшего пластика — физический носитель для особо формальных документов. Цвет листа говорил о том, что Кади тоже получила выговор.

Кади медленно, с непроницаемым лицом, читала текст. Потом ее плечи напряглись, челюсть сжалась. Она подняла голову, и наши взгляды встретились. Она была спокойна, но в глазах плескалась ярость.

Но она явно была направлена не на меня. Кади обозначила легкую улыбку и кивком головы подала знак, что недурно было бы начать работать, как и все. Всего одно легкое движение головы, но оно было удивительно красноречивым.

Кади вернулась в кабинет и швырнула пластину на стол, взяла комм и, набрав номер, резко поднесла его к уху. Потом прошлась пальцами по терминалу.

Дверь в ее кабинет закрылась. Стеклянные стены потеряли прозрачность, став молочно-белыми.

Весь день я старалась не думать о своем первом выговоре. Работала на автомате, пропуская через себя ряды цифр, отмечая аномалии в сигналах с «Грани».

Пару раз сильвы, как и обещали, забирали меня на перерывы. С ними же и обедала в местной столовой. Мияра на сообщения не отвечала.

Рабочий день подходил к концу. Зал постепенно пустел. Я собиралась, отставая от других, тянула время. Лаира и Фаела уже ждали меня у выхода.

— Эри, идем? — позвала Фаела.

— Да, сейчас, — крикнула я в ответ, дописывая последнюю строку личного отчета.

Отправила отчет Кади и выключила терминал. И направилась к выходу, догоняя новых подруг. Мы уже подходили к тяжелым раздвижным дверям, ведущим в центральный атриум штаба.

И в этот момент на моем комме, лежавшем в кармане, раздалась короткая, настойчивая вибрация срочного сообщения.