Книга Мой хищный адмирал, страница 13 – Ева Флер

— Тихо, малышка. Сейчас полегчает. Я помогу.

Его голос. Корван. Тот, из-за которого все и началось. Он усадил меня в кресло, начал вытирать грубым полотенцем. Я попыталась оттолкнуть его, но мои движения были вялыми, беспомощными.

— Нет… уйдите… — прошептала я, но он не послушал.

— Не сопротивляйся. Я знаю, что делаю.

На дальнейшее сопротивление сил не осталось. Мое тело обмякло, предав меня. Потом он снова взял меня на руки, и я почувствовала, как по коже побежали мурашки.

Он опустил меня на обжигающе холодную кровать.

Мои веки были тяжелыми, но я заставила себя приоткрыть их, и в мутной пелене передо мной проплыл его силуэт.

Я увидела, как его пальцы, уверенные и быстрые, потянулись к пряжке ремня. Металл щелкнул — он стянул с себя форменные брюки, и они беззвучно упали на пол. Затем его руки потянулись к рубашке.

Он расстегнул несколько пуговиц сверху, а потом просто с силой стянул ее через голову. От этого движения мышцы на его животе и груди напряглись, вырисовавшись под смуглой в полумраке кожей.

— Что вы делаете? — голос сорвался. — Куратор Стеллас, прошу вас, уходите.

Он лег рядом, и его обнаженная кожа обожгла меня. Я попыталась отодвинуться, но он был неумолим.

— Куратор, нет… Мне уже легче… Мне надо идти на занятия…

— Ты освобождена от занятий по состоянию здоровья на несколько дней. Когда действие релаксанта пройдет, тебе станет хуже. И только я могу сделать так, чтобы это не произошло.

Он взял мои кисти и откинул на подушку.

Его губы коснулись моей шеи, и я почувствовала, как все тело отозвалось мгновенной дрожью. Его руки скользнули ниже, и я поняла — сопротивляться бесполезно. А какая-то новая часть меня, наоборот, была рада тому, что он рядом.

Он целовал меня все настойчивее, а я лишь глубже впивалась пальцами в ткань наволочки. Его запах — терпкий, мужской, с нотками чего-то неуловимого — сводил с ума.

Его рука ласкала мою грудь, дразня сосок. Сначала это были легкие, едва уловимые прикосновения, от которых по коже бежали мурашки. Недавняя боль в теле быстро отступала, растворяясь в нарастающем огне. Я чувствовала, как расслабляюсь, как тело становится податливым.

Пальцы Корвана стали увереннее — он кружил вокруг упругих бугорков, заставляя их наливаться и твердеть, а потом слегка сжимал, и по всему телу проносилась горячая волна. Он не спешил, изучая реакцию моего тела на каждое движение. То нежно гладил подушечками пальцев, то проводил ногтем — и я вздрагивала, чувствуя, как это отзывается где-то глубоко внутри.

Его ладонь скользнула ниже, очерчивая линию до талии. Потом он наклонился, и его губы обхватили сосок. Горячее, влажное прикосновение заставило меня резко, судорожно вдохнуть. Все во мне напряглось, а руки взметнулись и зарылись в его густых черных волосах.

Я чувствовала, как он играет им — то лаская кончиком языка, то слегка покусывая, и с каждым его движением желание нарастало, становясь почти невыносимым. Вторая грудь оставалась на его ладони, и он продолжал сжимать ее в такт своим поцелуям.

Мир сузился до этого одного ощущения — жара его рта, шероховатости его пальцев, обжигающей влажности между моих ног. Я слышала собственное прерывистое дыхание и понимала, что уже не могу думать ни о чем, кроме него.

Когда он наконец отпустил меня, на коже осталось влажное, прохладное пятно, а все тело горело. Каждое прикосновение заставляло тело выгибаться навстречу, а в низу живота зарождалось то самое щемящее, влажное желание.