Книга Женитьба вслепую, страница 218 – Нидейла Нэльте, Эрато Нуар

И чуть ли не в первый раз я неожиданно поняла, что могу выговориться. Рассказать всё, что так и не рассказала никому. Даже отцу.

— На тот момент я единственная занималась магией с учителями. Попыталась прикрыть нас всех от вспышки. Повезло, что рядом как раз проходила одна из жил энера. Он усилил мой щит, спас нас… Но магия Болстона всё же зацепила меня. Вспышка выжгла мне зрение. Несколько лет я не видела.

Дэйкер молча поглаживал меня по волосам, чуть покачивая.

— Папа действительно нашёл лучших специалистов. Но к тому времени, когда моё зрение удалось восстановить, мы с ребятами уже решили организовать собственную месть.

— Почему ты не сказала ему?

— Боялась. Мы сказали родителям Танзы — и что? В итоге погибли все. Знаешь, в двенадцать этот страх оказался непреодолимым. Я росла без мамы, лишиться ещё и папы… просто не могла.

— А няня? Выходит, она всё знала и покрывала вас?

— Мы никогда ничего ей не рассказывали. А она не спрашивала. Могу только представить, что она пережила, когда выяснилось, что не доглядела за мной. Но я рада, что никто не соотнёс даты. Когда приехал отец, все уже поверили, что это была неконтролируемая вспышка магии, моя собственная оплошность. Да и про Танзу… она ведь никому не сказала. Не выдала, что он жив. Думаю, наша нянюшка знала и видела больше, чем мы на самом деле думали. Но она просто любила нас. Всегда нас любила и защищала, как могла.

— С тех пор у тебя особые отношения с энером, «опасная мара»? — легко усмехнулся Дэйкер, будто пытаясь отвлечь от страшных воспоминаний.

— Когда он рядом, моя кожа и глаза светятся, — кивнула я. — Не знаю, почему так происходит. К лекарям, как ты понимаешь, не обращалась.

Он чуть помолчал, продолжая прижимать меня к себе и поглаживать по волосам.

— И всё это время вы думали, что я с Болстоном заодно? — всё же не удержался супруг. В голосе скользнуло что-то мрачное, даже немного пугающее.

— Если он хотел убить всех, то должен был убить и тебя, — чуть пожала плечами я, не отрываясь от сильной груди, к которой с таким удовольствием прижималась. — Зачем бы ему становиться твоим опекуном?

— Без меня он не заполучил бы этот участок, — тихо ответил Дэйкер. — Жаль, что только сейчас я это осознал.

— Ты тоже был подростком. Пережил такое. Он спас тебя. Я понимаю, почему ты не сомневался в нём.

Дэйкер ничего не ответил. Лишь крепче прижал к себе.

Усталость опутывала, оплетала, пыталась унести куда-то подальше из реальности. Но я была безумно рада, что мы поговорили. С души словно камень огромный упал.

Даже не заметила, как мы оказались в кровати — вроде просто приняли позу удобнее, подушки подтянули. Одеялом укрылись.

Дэйкер не выпускал меня из рук, продолжал прижимать к себе. Я положила голову ему на грудь, и под мерное дыхание быстро уснула.

Проснулась резко, от явственного ощущения, что за мной следят. Мы с Дэйкером одновременно оторвали головы от подушек. Точнее, он от подушки, а я от его тёплой и упругой груди.

Иннокентий!

Стоял прямо над кроватью и мялся. Сверкал болотистыми огоньками в пустых глазницах.

Виновато сверкал. А толку?

— А ты хотела завести домашнего лича, — пробормотал муж.

— Личи хотя бы не разговаривают, — успела опередить открывшиеся челюсти скелета я и сонно протёрла глаза.