Книга Ты мое (не)счастье, страница 15 – Мари Са

Пожалуй, с машинами лучше не повторять. Все-таки дело подсудное. А вот все остальное я бы даже очень повторила.

Голову задираю и тянусь к нему. Волк замирает вначале. Весь такой напряженный. Как настоящий хищник. А потом отвечает. Губами своими мои накрывает. У него они всегда сухие. Обветренные. И очень горячие. А еще жадные невероятно. Такие, что не оторваться. Такие, что не насладиться. Никогда не утолить мой голод. Наш с ним голод.

— Совсем ты меня с ума свела, — шепчет между поцелуями.

И я послушно киваю. Все так. Ты тоже совсем меня с ума свел. Наглый, вздорный мальчишка — так думала я сначала. Верный, преданный, горячо любимый — так чувствую теперь.

— Илья, давай сделаем это?!

Лицом теперь к нему разворачиваюсь. На крыше, где мы спрятались от лишних глаз, слегка прохладно. Ветер раздувает полы моей юбки. Треплет волосы. Сильнее к его телу жмусь. Мой домашний арест закончился. И теперь мы встречаемся тайно. Еще сильнее стараемся охранить наш секрет от посторонних глаз. Ведь если отец узнает, второго шанса не даст.

Чувствую, как он напрягается. Как сердце его бег ускоряет. Он тоже понимает, что теперь я говорю не про побег.

— Ты маленькая еще.

А сам от губ моих не отрывается. Ласкает их так словно в последний раз. Словно пьет живительные источник, без которого в любую секунду просто сдохнет.

— Мне уже есть восемнадцать, — губу его прикусываю, наслаждаюсь рыком из груди вырвавшимся, все его слабые местечки теперь знаю, изучила, запомнила, против него использую, — ворчишь, как старый дед. Другой на твоем месте давно бы мне уже юбку задрал и…

— Какой еще другой?! — тормозит меня резко. За плечи встряхивает. — Кто он? Говори! Это тот кретин, что за тобой сегодня хвостиком бегал? Новенький, которого к нам перевели?

— Неужели ему тоже морду набьешь? Ко мне из-за тебя уже никто не подходит? Разве ты сам не говорил, что ввязываться в драки тебе нельзя?

— Плевать уже! Я, итак, все запреты нарушил?

— Какие это интересно? — теперь я сердится начинаю. Руки на груди скрещиваю, — говоришь так, будто я тебя силой меня целовать заставляю. Только вот твое тело честнее.

На его бедра надавливаю. На то самое место, где уже все давно готово. Активировано, так сказать. Осталось лишь упаковку снять и воспользоваться. Но он не дает. А я же не могу на него силой запрыгнуть.

— Яна, ну, что ты к словам придираешься?

Он тоже сердиться начинает. Елозит подо мной. Но с колен не сгоняет. Наоборот, сильнее к себе притягивает. Упирается в меня. Зубами скрипит. Мне смешно и обидно одновременно. Я его не понимаю. Нравлюсь я ему или нет? Привлекаю ведь очевидно? Так почему он ломается хуже девственницы?

В грудь его толкаю и с колен соскакиваю.

— Знаешь что, волк! Не подходи больше ко мне! Видеть тебя не хочу! Понял? Ты как был сыном бандита, так им и остался. Мужлан неотесанный!

От последних слов дергается как от удара. Но, прежде чем он за мной успевает вскочить, за дверь выскакиваю. Запреты он нарушил. Ишь какой! Маленькая я для него. Подумаешь?! Больно мне надо. Упрашивать. Уговаривать. Надоело перед ним унижаться! Да у меня таких ухажеров вагон и маленькая тележка. Стоит только свиснуть, к ногам приползут. По земле передо мной будут валяться. А не то что некоторые. С отговорками дурацкими.